- Компанейская ты баба, Нина Дмитриевна! - произнес тот, что ни разу не Пача Камак, и налил в четвертый раз. - Рад, что не ошибся в тебе.
- Ну? - набравшись храбрости или просто набравшись, спросила я. - И зачем я тебе занадобилась? Э-э-э... Прости, не знаю твоего имени-отчества.
Выкать богу, с которым опрокинул уже не один стакан горячительного, казалось неуместным.
- Камак... Просто Камак! - поспешно представился он.
Лось, просто лось! - не к месту подсказала избирательная память, от чего губы сами растянулись в улыбке.
Ох, чую, что-то нечисто с первым словом в его имени. Шиен Лигейрос совершенно точно называл его Пача Камак. И мне бы промолчать, но...
- А почему не Пача Камак?
- Вот только оскорблять не надо! - вдруг взвился мой собеседник.
- Пача - это что-то ругательное? - потихоньку начало доходить до меня.
- Никто на Ашшуре не помнит древнего языка, - вздохнул разноглазый и подлил себе еще вина. Хотел и мне тоже, но я все еще держала полный стакан. - Когда-то меня звали Пуоча Камак!
Батюшки! Он произнес это так торжественно, что я непременно должна была проникнуться, но по какой-то случайности не сделала этого.
Бог посмотрел на меня укоризненно. А вот этого не надо! Поэтому, вежливо улыбнувшись, призналась:
- Не понимаю.
- Пуоча - великий, а пача - тухлый, или попросту - вонючка, - неохотно пояснил разноглазый, а я чуть не подавилась вином.
- Так почему ты позволяешь?.. - даже не могла сформулировать, что именно он позволяет. - Я бы на твоем месте...
Демонстративно сдавила в руках несчастный бокал с таким зверским выражением лица, словно душила мнимого врага.
- А не могу... - развел руками Камак. - Бог силен лишь там, где его помнят. Ни на что масштабное на Ашшуре я давно не способен. Храмов нет, жрецов тоже, соответственно и паствы нет.
И столько грусти в голосе, что я даже его пожалела. Сама потянулась к бутылке и изрядно наполнила его бокал.
- Рассказывай, чего уж, - вздохнула я и обвела взглядом полянку. Райское место, но единорогов все же не хватало."
"- Да рассказывать-то в принципе и нечего, - пожал плечами бог.
– Когда-то я возглавлял местный пантеон и считал свое положение незыблемым. Жил в свое удовольствие, путешествовал между мирами, отсутствовал подолгу. Тогда на Ашшуре были все равны, войны случались крайне редко, и, казалось, что у верховного бога нет спешных дел.
- Подсидел кто? – с участием спросила я. Даром, что бессмертные, а повадки сплошь человеческие.
- Угу, - кивнул Камак и протянул мне пустой стакан.
