Обращается к Косте,
— Заночуете, уважаемый?
— А, как же! — отвечает. По голосу слышу, что устал, и становится стыдно, что не подменила, не дала передохнуть.
— Я повозку закачу на двор и позабочусь о лошади, можете не беспокоиться, — и добавляет, — у нас ещё остались свободные комнаты, но народ прибывает.
— Отличные новости, дружок, — Костик спускается на землю, с трудом разгибаясь а в пояснице, помогает спуститься мне. Я захватываю саквояж с личными вещами и уже направляюсь к крыльцу. Мой старик достаёт из кармана широких штанов кожаный мешочек и выдаёт из него маленькую блестящую монетку работнику.
Мальчик искренне радуется награде.
— Откуда деньги? — тихо интересуюсь, когда он равняется со мной."
"— Джакопо обо всём позаботился, а мелочи на такие случаи позаимствовали у Жюстин, не лоринами же расплачиваться по каждому пустяку, сразу заподозрят неладное, — а я ведь даже и не подумала, как нам существовать. Впервые за свою самостоятельную жизнь не вспомнила о деньгах!..
Столовая, похожая на старинную таверну, очень напоминает гравюру времён средневековья.
Масляные фонари освещают большое помещение под сводами деревянных балок, на утрамбованном земляном полу расставлены несколько длинных столов и лавок, абсолютно простых, но чистых, выскобленных добела. Шумно. За всеми столами люди. Здесь и мужчины, и женщины, даже кто-то с ребёнком. Но в основном мужской пол, и дам без сопровождения вообще нет.
С одной стороны, вход, с другой, по всей видимости, кухня, из недр которой две молодые высокие девицы в серых платьях по щиколотку, перехваченных в талии белыми передниками и белых чепцах, то и дело выносят посетителям простые глиняные блюда с нехитрой едой, но пахнет очень вкусно.
Выбрав место в углу одного из столов, устраиваемся. Тут же подлетает одна из официанток,
— Что уважаемому господину угодно?
— А, что есть готового? — мы торопимся, неизвестно, когда зелье нас отпустит.
— Пулярка только что с вертела, свежие овощи, ягодный нектар из погреба… — строчит девчонка, как из автомата.
— Вот и неси всё, — прерывает Костя, — да побыстрей, отблагодарю за расторопность, — он так естественно держится, что не устаю удивляться. Хотя, чему? Это же его мир. Правда, за исключением того, что он в нём привык быть персоной королевских кровей, а не пожилым путником, хоть и не бомжом, конечно, но обыкновенным, как многие. Здесь таких полон зал…
Костя задвинул меня к стене, так что чувствую себя в полной безопасности за его широкой спиной.
