Прошёлся под деревьями, чего-то там надрал с веток, с его ростом не трудно, и принёс мне,
— Вот, попробуй! — протягивает крупный оранжево-розовый мохнатый персик, спелый, ароматный.
Принимаю, принюхиваюсь, запах — чудо,
— Запретный плод? — у нас всё, как по Ветхому Завету: райские кущи и почти яблоко, только предлагает его отведать на этот раз мужчина.
— О чём ты?
— О люди! все похожи вы
На прародительницу Эву:
Что вам дано, то не влечет,
Вас непрестанно змий зовет
К себе, к таинственному древу;
Запретный плод вам подавай:
А без того вам рай не рай.
— Божественные речи! Какие рифмы, любимая! Только Наимудрейшая Дадиан способна творить высокую поэзию!
— Вообще-то, Пушкин, — конечно, лестно слышать похвалу, но Александр Сергеевич, как говорится, наше всё, так что присваивать авторство не буду. Хотя обмануть в этом вопросе проще простого.
— Пушкин? — повторяет эхом Костик, — такого бога я не знаю!
— Напрасно! Вернёмся назад, будешь его труды изучать!
— Вернёмся?!
— А ты, как думал? Мне на работу послезавтра! — он немного растерян, а я не могу устоять, надкусываю соблазнительную мякоть, крышесносно!
Никогда ещё не доводилось пробовать настолько вкусных персиков.
Сладкий медовый вкус, умопомрачительный запах и сок, брызнувший из-под моих зубов, потёкший липкими струйками сквозь пальцы! Смеюсь, собираю губами, захлёбываюсь этим божественным нектаром. В какой-то миг поднимаю глаза на Костю, хочу поблагодарить за такую вкуснотищу и вижу, как в его взгляде зарождается красноречивый огонь.
Понимаю без слов, считываю молчаливый вопрос сразу и ещё не успев ответить, попадаю в плен его губ. Сначала мои сладкие мокрые руки, он слизывает тонкие дорожки сока с запястья, потом нежно немного щекотно пробегает языком по ладони, далее приходит черёд каждого пальчика в отдельности. Смотрю, как зачарованная, чувствую, как заколдованная. А Костик, переходит к другой руке, откусывает от плода и прямо с мякотью во рту приникает к моим губам! Сладко! Томительно вкусно! Поцелуй с мёдом!
«Остановись, мгновение, ты прекрасно!» — лучше Гёте не сказать, вернее, не подумать! Всё здесь наталкивает на мысли о высоком… Но это последняя перед тем, как моя одежда покидает тело, а дальше без мыслей! Верх берут инстинкты.
— А, как же… — можно не завершать,"
"— Всё под контролем, богинюшка! — усадил сверху. Аккуратно, нежно, медленно… до дрожи нетерпения медленно. Я в его могучих руках лёгкая податливая кукла, движения которой, ритм и глубину задаёт сам.
