С неба сыплется снег, под ногами каша, одна мысль о поездке на оптовый рынок вызывает ужас. Хотя, конечно, мы можем отправиться туда на моей машине. Я щелкнула брелком, «букашка» приветливо моргнула фарами.
– Садись, – велела я, распахивая дверцу.
– В автомобиль? – обрадовалась Наташа. – О! У тебя нету чехлов?
– Залезай, – скомандовала я.
– Прямо так? – сомневалась она. – Могу сиденье испачкать.
– Хватит спорить, – вздохнула я, – почистить салон нетрудно.
Наташа устроилась на пассажирском месте.
– Здорово иметь колеса! Но папа считает их роскошью!
– Никогда не пыталась уйти от родителей? – бесцеремонно спросила я.
– Нет. Куда мне? – с тоской ответила Наташа.
Я поехала в сторону большого супермаркета.
– Можно пожить у свекрови. Навряд ли там будет хуже, чем дома.
Наташа подперла щеку кулаком.
– Антон сирота!
– А его мать где? – удивилась я.
Ната вздрогнула и прошептала:
– Лидия Алексеевна умерла. Давно-давно нету Лидии Алексеевны! И Славы нет! Никого!
Лицо собеседницы, и без того худое, резко осунулось, глаза словно замерзли.
– Слава, – прошептала она, – Славы нет. Моя свекровь, Лидия Алексеевна, ушла навсегда, Слава… ох… Слава…"
"Я испугалась. Наташа выглядела очень странно. До сих пор я сталкивалась с ней пару раз в коридоре, но пространных бесед мы не заводили. Ната была безукоризненно вежлива со мной, но предпочитала отделываться короткими репликами: «здравствуйте», «да», «нет», «пожалуйста». А вот глаза у нее были живыми, а не мертвыми, как сейчас. Потом вдруг Наташа при мне устроила Антону сцену, в тот момент на ее лице явственно читалось раздражение, даже злоба.
Помнится, я подумала, что под маской тихони скрывается эмоциональная личность, которая вынуждена подлаживаться к авторитарному отцу и к супругу. Но сегодня в машине сидела совсем не резкая агрессивная женщина. Знаете, взгляд очень трудно подделать. У Наты были глаза старой усталой собаки. Она еще физически живет, но душой давно умерла. И собеседница постоянно, не стесняясь меня, зевала.
И кто такой Слава? Неужели Лидия Алексеевна, мать Антона, умерла? Но я отлично помню, как он говорил, что его родительница наконец-то собралась продать автомобиль, оставшийся после покойного мужа. В голове роились разные мысли, а я тем временем продолжала разговор.
– Можно снять комнату.
– Денег нет, – уныло сказала Наташа, – папа нам мало платит.
Я вспомнила слова Макса про выход из любой ситуации и заявила:
– Стоит захотеть, и все уладится.
