Он всегда замечание только про платье делает, про туфли молчит, небось не понимает, чем они отличаются, мужику про фиксированную пятку не вдолбить. Ладно, я спать хочу, завтра репетировать в девять.
Я покинула ее спальню и безо всякого стеснения направилась к Алисе.
Есть у меня теперь к ней несколько вопросов. Я толкнула дверь и влетела в комнату.
– Офигела, да? – возмутилась девушка. – Стучать не умеешь? А если я голая?
– Боишься испугать меня своим обнаженным телом? – фыркнула я. – Где ты нашла записку Кати?
Алиса не отступила от первой версии.
– Под подушкой.
Но я не удовлетворилась ее ответом.
– Ты дружишь с Катериной?
– С этой выскочкой? Фу! Конечно, нет, – поморщилась Алиса. – Она тупая!
– Объясни тогда, почему именно тебе она оставила послание? – наседала я.
Алиска растерялась.
– Не знаю. Ну… ну… ну…
– Что? – перебила я. – Назови хоть одну причину!
– Э… э… э, – тянула Алиса, – типа… моя спальня первая от входной двери. А Катькина последняя по коридору. Катя торопилась, ей ближе всего ко мне заскочить.
Вот.
– Проще всего бросить цидульку у зеркала в прихожей, – сурово перебила я дурочку. – Еще можно было бы понять поведение беглянки, если вы близко общались, иначе это странно.
– Мы лучшие подружки, – быстро изменила показания Алиска, – всем-всем делились.
– И ты знала про желание Кати отбить у Лены Шота Руставели? – провокационно поинтересовалась я.
– Ага, – попалась на крючок глупышка, – он за ней приехал и в Лондон увез. Ленке фига! Катьке повезло.
– Рискованный план, – вздохнула я.
– Не, шикарный, – не согласилась Алиса, – футболист сюда тайком подъехал.
– Центральный вход закрыт, – напомнила я, – другого нет.
Алиса не смутилась.
– У Шота отмычка была! Вот.
Я потерла руки.
– Отлично. Но, говоря про риск, я имела в виду не вероятность быть пойманной, а то, что твой обман мог элементарно раскрыться, что и случилось.
– Я ваще в непонятках, о чем ты говоришь, – заморгала Алиса.
Я уселась на стул.
– Эй, ты, не устраивайся, как дома, – разозлилась лгунья, – завтра мне рано вставать. Если не посплю семь часов, глаза опухнут.
– Не беда, – отмахнулась я, – намного хуже будет, когда Зяма и Рита сообразят, что их надули. Вот тогда одними набрякшими веками ты не обойдешься.
– По какому праву ты мне нормально отдохнуть не даешь? – возмутилась Алиса.
Я улыбнулась.
– Спокойствие. Ты написала записку от лица Кати и продемонстрировала ее Зяме с Ритой.
