Мы не знали, что на входе в дом есть камера! Капа с нами была не откровенна.
– Конечно, – нахмурилась Капитолина, – если нанимаешь народ, за ним следить надо. Мало ли кого вы ночью впустить могли! Или выпустить!
– Света будила Наташу, кормила и снова одурманивала, – выкладывала Рита. – То ли Зяма неправильно дозу рассчитал, то ли Наташин организм к лекарству быстро привык, но она однажды проснулась, вышла из квартиры и приперлась домой.
Из моей груди помимо воли вырвалось:
– Я дура!
– Смелое замечание, – немедленно отреагировал Макс.
– Чем его мотивируешь?
– Я вышла в прихожую и увидела там Наташу, – сказала я, – она стояла в верхней одежде и ботинках. Под ногами грязь. Я спросила: «Ты куда?» Она ответила: «Надо картошки купить». Если бы я сконцентрировалась на грязи, оставленной ее обувью, то непременно поняла бы: Ната только что вошла, а не собирается покидать дом.
– И почему она тебя обманула? – спросила Капа.
Макс повернулся к матери.
– Она не врала. Провела немалый срок под снотворным и потеряла ориентацию. Иногда проснешься, и в первые секунды не сообразишь, где находишься. Кое-как, на автопилоте, бедняга добралась до дома. Ната никак не могла прийти в себя. Ее мозг настроен на выполнение нудных домашних обязанностей, поэтому, когда Лампа, не поняв, что та только-только пришла, поинтересовалась, куда Наташа уходит, она ответила:
– За картошкой.
Все правильно, бедняга в основном бегала в прачечную да притаскивала тяжелые сумки с корнеплодами.
Она никогда не гуляла без дела, ей в голову не приходило пойти с подругой в кино. Да и друзей у Наты нет. Тюков с бельем она не увидела, зато на полу лежала сумка. Вот несчастная и подумала о картошке. Нельзя человека в том психическом состоянии, в каком не один год пребывала Наташа, кормить на протяжении пары недель пилюлями от бессонницы. Результат может оказаться плачевным.
Я встала и забегала по залу.
"
"– Верно, Наташа выглядела безучастной, испуганной, я с трудом убедила ее заглянуть в кафе. А там случилось небольшое происшествие. Неуклюжая официантка пролила на меня стакан воды, я ушла в подсобку сушить кофту, вернулась, а Наталья неожиданно изменилась и стала бойкой. Она даже слопала пирожные, а потом сбежала. Я все удивлялась, что с ней случилось. А сейчас понимаю: в пиццерии, кроме нас, посетителей не было.
