– Значит, дело не в годах, а в воспалительном процессе, который нужно купировать.
Нинель моргнула.
– Да? Забавный аргумент. Вероятно, вы правы, но я уже говорила: до врача мне не дойти, денег на визит нет.
Я встала.
– Моя лучшая подруга Катя работает в больнице. На ваше счастье ее клиника расположена недалеко от места, где вы живете. Катюша отличный врач, ни копейки с вас не возьмет и, вполне вероятно, сможет снабдить бесплатными таблетками. Давайте опирайтесь на палку и пошли в мою машину.
Но Нинель Егоровна даже не пошевелилась.
– Поехали, – повторила я, – глупо мучаться от артрита, если от него можно избавиться."
"– Заманчивое предложение, – протянула пенсионерка, – однако странно. Мы не знакомы. Чего вам надо? Бесплатный сыр бывает исключительно в мышеловке. Залезу в салон, а вы дверки запрете и убьете меня. Телевизор постоянно предупреждает: в Москве сплошные преступники! Честных людей не осталось!
Мне стало смешно.
– А вы сами-то чем промышляете?
Брови Нинель Егоровны поползли вверх.
– Извините?
– Вы сказали, что честных людей не осталось, значит, вы тоже мошенница, – сделала я логический вывод.
Пулкова поджала губы.
– Я-то как раз никого не обманываю.
– Замечательно, – обрадовалась я, – значит, одну положительную личность в столице обнаружили. Почему бы вам не поверить, что я вторая?
Нинель Егоровна неожиданно рассмеялась.
– Вы мне напомнили Костика Егорова. Учился у меня такой мальчик, любое замечание отбить мог. Симпатичный паренек, прямолинейный, правда, нетерпимый, как все подростки, но с хорошим стержнем.
Если вы меня на самом деле познакомите с хорошим бесплатным доктором, буду очень благодарна, мне боль душу вымотала.
Я помогла Пулковой спуститься вниз, усадила ее в свою малолитражку и осторожно поехала в сторону клиники, где работала Катя. Естественно, через пять минут мы очутились в плотной пробке на МКАД и встали.
– Город безумен, – тоскливо сказала Нина Егоровна. – Во время моего детства тут были деревни.
Мама все расстраивалась, что на окраине живет, она приехала в Москву из Иваново, очень хотела выйти замуж, у нее на родине найти жениха было невозможно, одни бабы, все работали на ткацких фабриках.
Москва казалась юной Анфисе маняще прекрасной. Через год она встретила Егора Пулкова и родила Нинель. Отец назвал малышку новым революционным именем, если прочитать его наоборот, то получится «Ленин», мягкий знак добавили для благозвучия.
