Наглую девчонку необходимо убрать! Прямо сейчас! Не дожидаясь финала! Пусть уматывает с позором! Заснет на репетиции!
Тамара сбегала в кладовую, взяла тархун, влила в него раствор знахарки и обрадовалась. Лимонад выглядел обычно. Осталось лишь угостить им главную соперницу Оли.
На Тамаре из-за холода в тот день была просторная толстовка с глубокими карманами. Федоркина положила в один из них небольшую емкость со сладкой бурдой и отправилась на поиски Лены. Был поздний вечер, вернее, ночь, но девушка словно сквозь землю провалилась.
Ее не было ни на первом, ни на втором этаже, ни в кухне. Оставался туалет. Тамара толкнула дверь сортира, та распахнулась. Стилист увидела унитаз, открытый люк в потолке, свисающую веревочную лестницу, услышала шум наверху, живо вскарабкалась на чердак и спросила у Лены:
– Эй, чем ты тут занимаешься?
– Смотри, прикольное платье! – ответила девушка. – Синее, с большой юбкой. Можно мне его на финал надеть? Фасон «стиляга»!
– Кто тебя надоумил сюда пойти? – стараясь не измениться в лице, поинтересовалась Тамара.
– Ты знала про чердак?
– Не-а, – зачастила главная соперница Олечки, – я хотела перед сном пописать, села на унитаз. Гляжу, веревочка у стены качается. Ну и дернула за нее! Вау! С потолка деревяшки посыпались, хорошо, что мне по башке не попали, толчок не разбили и сами не треснули!
Тамара с огромным трудом удержала рвущееся с языка ругательство. Веревочка! Откуда она взялась? Выбилась из щели? Не иначе сам черт отправил Лену в сортир и помахал перед ее носом бечевкой! Никаких веревок ранее в туалете не наблюдалось!
– Тут прикольные шлепки! – радовалась Лена.
– Вау! Шапочки! Фу! Они старые. А там юбки, кофты. Ну зачем этот хлам хранят? Хотя есть кой-чего симпотное! Синее платье крутое. Тут душно!
– Воздуха под крышей нет, – пробормотала Тамара.
– Воняет, – скривилась Лена.
– Старые вещи всегда неприятно пахнут, – заметила стилист и, вынув из кармана толстовки бутылочку тархуна, протянула Елене со словами:
– Хочешь пить?"
"– Спасибки, – обрадовалась та, живо отвернула пробку и одним махом выпила содержимое, – вкусно! Обожаю этот лимонад! Буду его пить всегда и везде… а… а…
Девушка села на раскладушку, стоящую у стены, ее лицо стало сереть.
– Эй, тебе плохо? – всерьез забеспокоилась Тамара.
– Душно, – с трудом выдавила Лена, – воздух… исчез!
Федоркина посмотрела на меня.
– Она умерла очень быстро, я даже не успела понять, что произошло! Раз, и все!
Я кивнула.
