Одеялом, подушкой и постельным бельем родная академия должна меня обеспечить, коврик, кажется, относится к комнате. Цветы я не возьму, все равно не знаю, как за ними правильно ухаживать, за меня это всегда приходящая уборщица делала. Книги на полках - одни романы и популярные издания, их точно не потащу, все равно вряд ли перечитывать буду. Что еще? Одежду я упаковала вчера, а то, что взяла из дома, так и лежало в мешке. Средства личной гигиены, косметика и прочие штучки были собраны и весили ощутимо больше, чем мои немногочисленные учебники и канцелярские принадлежности.
Телекинезом я владела плохо, поэтому с трудом погрузила все вещи на выданную тележку, сверху положила букет и пошла заселяться.
У дверей нужной сто двенадцатой комнаты я остановилась и постучала, решив первый раз не открывать своим ключом, а проявить вежливость. Элис Дьяр… что-то знакомое, сейчас и узнаю, кто такая эта Элис.
И когда дверь открылась, я поняла, что и здесь просто не будет.
- Тебе чего? - рыжая однокурсница открыла дверь и встала в проходе, подперев косяк.
Она все время таскалась рядом с Алексом, а поскольку с Алексом мы проучились все четыре года, и знала я его не в пример лучше остальных, то и общалась больше. А еще Алекс первый, кто пригласил меня за общий стол, и потом сделал многое, чтобы меня там приняли. Вот только Элис я совсем не нравилась, и принимать меня еще и в качестве соседки она не торопилась.
- От тебя ничего, я теперь здесь живу, - и для верности продемонстрировала распоряжение от комендантши.
Соседка не шелохнулась, тогда я попробовала обойти, но девчонка сделала шаг в сторону, загораживая проход.
- А если не пущу? - и Элис будто невзначай подняла руку и принялась разглядывать свои ноготки, весьма остро наточенные, к слову. - Я уже привыкла к одноместной комнате, с соседками уживаюсь плохо, ты у меня четвертая будешь, остальные продержались недолго. Так, может, сразу пойдешь обратно к комендантше и скажешь, что мы не сошлись характерами? Чтобы лишний раз вещи не таскать, а?
Элис смотрела на меня в упор.
Волосы собраны в высокий хвост, отчего скулы кажутся еще острее, губы сжаты в линию, глаза прищурены, даже стойка сразу чуть пружинистая, чтобы и самой ударить можно, и от чужого удара уйти. По такой сразу видно, что к скандалам она привыкла, как и к выдергиванию патлов всем недовольным. Конечно, я бы могла тоже продемонстрировать свои навыки. Могла и последовать ее совету и не нарываться на штрафные баллы, а вернуться и попросить другую комнату.
