Картина, конечно, та еще…"
"Я щелкнула пальцами, давая команду сохранить изображение, потом, дождавшись, когда хватка ослабнет, осторожно выбралась из-под руки местора. В одежду я влезала впопыхах, будто за мной гонится стая арнаудских волкодавов, нырнула в рубашку, только потом поняв, что надела ее наизнанку. Ну и пусть.
Теперь осталось достать заранее подготовленную записку в одну строчку: «Обсудим мое отчисление?», положить поверх сферу поменьше с копией записи, и уйти.
Проще некуда. Я оставила все на рабочем столе, сдвинув раскрытую методичку и наброски будущих лекций.
Сфера с изображением внутри странно смотрелась, мехи сказали, что делали ее, чтобы поместить туда портрет любимой, например. Интересно, есть ли у местора любимая?
До женского общежития из корпуса преподавателей я пробиралась кустами, заработав пару дополнительных царапин в довершение к общей помятости, потом через черный ход поднялась к себе. Спасибо родителям, что оплатили мне отдельную комнату, иначе бы еще с соседкой объясняться.
Как следует спрятав сферу в шкафу в ворохе одежды, я выпила успокоительное, без него вряд ли усну, завела будильник и рухнула на кровать. Все. Теперь назад пути нет, остается пережить утро и разговор с местором. И будь что будет!
Разговор не заставил себя ждать. Утром меня разбудил стук в дверь.
- Руководитель кафедры просил зайти, - девчонка, кажется, со второго курса, с веснушками и двумя рыжими косичками топталась под дверью.
- Спасибо, - буркнула я, окончательно просыпаясь.
Перед смертью не надышишься, так что я решила поскорее закончить с самой неприятной частью нашего дела - объяснениями.
Быстро ополоснув лицо, на скорую руку расчесав волосы и надев форму, я вышла из комнаты и поспешила в кабинет главы кафедры зооцелительства. Сделав пару глубоких вдохов перед дверью, громко постучала.
- Заходите уже! – раздалось из кабинета.
- Доброе утро, - вежливо поздоровалась я, проходя внутрь.
- Вы правда считаете это утром добрым, леди Риар?
Завкафедрой стоял у окна, как и всегда, в идеальном костюме, черные волосы собраны в хвост, темные глаза сверкают из-под густых смоляных бровей, чуть крупноватый нос, губы сжаты в линию, волевой подбородок покрыт фирменной и очень шедшей ему щетиной, ночью она немного кололась.
Ночью.
С воспоминаниями в лицо бросилась краска, но я стояла, прямо глядя на преподавателя.
Местор Альдер достал из кармана шар и подкинул вверх. По комнате пробежался солнечный зайчик.
