- Заходим через черный ход, чтобы не привлекать лишнего внимания, - предупредил страж и потянул меня к неприметной двери с торца.
Там некроманта знали и без вопросов впустили нас обоих.
- Иди уверенно, по сторонам не смотри, - Саймон крепко держал меня за руку, и я сжала его руку в ответ.
Ладони ужасно потели, дыхание сбивалось, как после забега, перед глазами плыло. А еще я боялась споткнуться и растянуться на полу, поэтому сосредоточено смотрела вперед. Красная ковровая дорожка гасила звук шагов, а лестница, по которой мы поднимались, казалась крутой и бесконечной.
Очнулась я только перед массивной дубовой дверью.
- Ваш допуск, - потребовали стражи на входе. Саймон предъявил бумагу, которую долго и скрупулезно изучали. Я затаила дыхание, молясь всем ушедшим, чтобы нас пустили дальше.
- Проходите, - от облегчения сердце ухнуло вниз, колени ослабли, я сильнее вцепилась в некроманта и, с трудом переставляя ноги, прошла в главный зал суда.
Сели мы на самый последний ряд, для верности некромант накинул на нас обоих маскировку стражей, смазывающую лица.
Собственно, ничего сверхъестественного, как оказалось, - обычный артефакт, прикалывался булавкой к воротнику и активировался легким движением.
- Здесь все будут при исполнении, - пояснил рыжий, - твое открытое лицо слишком бросается в глаза и еще привлечет ненужное внимание.
Но мою руку Саймон отпускать не спешил, за что я была ему искренне признательна. Без поддержки я бы точно не пережила это утро."
"Стрелки часов, будто издеваясь, ползли медленно и неторопливо.
Равнодушному механизму спешить некуда, он важно отсчитывал какие-то растянувшиеся втрое минуты. Полчаса до начала слушаний превратились для меня в настоящую пытку. Воздуха не хватало, а в висках вел свой собственный отсчет пульс.
Поэтому, когда боковая дверь отворилась и сопровождение из трех тайных стражей ввело моих родителей, я чуть не вскочила со стула.
- Спокойно, - шепнул некромант, дернувший меня назад. - Сидим тихо.
Родители заняли места на скамье обвиняемых.
Сегодня они были одеты не в тюремную, а в обычную одежду. Правда, за время заключения оба заметно похудели и осунулись. Старые вещи стали им велики почти на размер и сидели слишком свободно. Но Мария и Александр Риар все равно выглядели достойно. Вот только глаза у них были потухшие, и обреченность прямо читалась на лицах. Они пришли сюда без надежды на спасение и были готовы к приговору.
Судья вышел в традиционной белой полумаске.
