— Вы совершено не переживаете о том, что я всё это мужу могу рассказать?
Как я и предполагала, мои слова не только её не испугали. Они её рассмешили.
— Господи, ну какая прелесть! — хмыкнула она и клацнула своим идеальным маникюром по столешнице. — А почему я должна переживать? Я заплатила фирме вашего мужа сумасшедшие деньги. И теперь ваша фирма будет меня ублажать. А я, представьте себе, такая скромная, что просить этого и не буду. Для того, чтобы меня ублажить, хватит и одного человека.
И она хитро прищурилась, жадно рассматривая моё окаменевшее лицо.
— Мария, я понимаю, что вы сейчас испытываете. Нет, правда. Вы мечтаете в клочья меня разодрать. Я у многих женщин подобную реакцию вызываю. Привыкла. Но, представьте себе, тот факт, что меня пообещал разорвать в клочья мой бывший муж, я действительно воспринимаю всерьёз. Я не выкидывала деньги на ветер, когда вашей фирме платила. Мне действительно нужна защита и помощь.
— Но вы же заплатили эту сумму именно нам, — процедила я.
— Хотя охранных фирм вокруг пруд пруди.
Лопатина усмехнулась.
— У вашего пока ещё мужа замечательная репутация. Он классический рыцарь. Таких сейчас мало.
Я проглотила этот нежеланный комплимент, но не согласиться с ним не могла. Да, Влад был именно таким по натуре. Его призванием было оберегать и защищать. Порой мне казалось, я в первую очередь именно за это его и полюбила. За то, что с ним чувствовал себя так защищённо, как не чувствовала ни с кем и никогда.
— Знаете, такой хрестоматийный.
Который котиков с деревьев снимает.
Я не реагировала на её слова, но она-то прекрасно видела, что мне нечего на них возразить.
— Что, скажете, я не права? — поддела. — Это я вам говорю, чтобы вы не питали иллюзий, будто вы одна его видите и понимаете. Влад — прелесть. Напоказ весь из себя суровый мужик, а в душе… Сами давно должны были понять, такие чаще всего любят крепко и нежно. А ещё они — однолюбы.
В любых других обстоятельствах я зарделась бы от радости и смущения.
Раз однолюб, значит, любит только меня. Но надо же, как изменилась за последние несколько дней ситуация…
— А ещё честный до безобразия, — хмыкнула Лопатина. — Врать и скрывать он не любит. Влад ничего долго не таскает в себе. Недосказанности не любит. В общем, вымирающий вид.
Господи, этот разговор перерос в настоящую пытку. Слово за словом она доказывала мне, насколько хорошо знает моего Влада. А ещё давала понять, что он действительно не изменился.
