Я когда-нибудь перестану чувствовать себя пешкой, расходным материалом, о котором никто особенно и не печётся?
— Я поняла, — заставила я выговорить себя, чтобы своим молчанием не привлекать ненужное внимание мужа к своей нерешительности. — Просто передать тебе адрес, по которому он захочет со мной увидеться.
— Всё верно. Сейчас он наверняка начнёт осторожничать. Я не исключаю, что этот Гараев уже подозревает о том, что готовится. До сих пор он вёл себя настолько осторожно, что отследить его не получалось.
— А потом вдруг полез напролом? — скептически отозвалась я.
— Просто чтобы со мной познакомиться.
Королёв нахмурился.
— Что значит, просто? В том и дело, что не просто. Время играет не в его пользу. Он не мог не понимать, что все его попытки добраться до бывшей жены будут иметь последствия. Сейчас он пытается нас опередить, и ему нужно шевелиться быстрее.
— Тогда он слишком рискует.
— Думаю, он понимает, что риск оправдан. К тому же, ему несложно было проверить, что никакой слежки за тобой не ведётся.
Что ты… сама по себе.
Ой, какая замечательная формулировка. Жаль, что ни черта не соответствовавшая действительности. Была бы я сама по себе — и меня никто не тормошит бы. А у нас вон что назревало — целая шпионская миссия.
— Если он позвонит и назначит встречу, я тебе сообщу, — пообещала я, мечтая поскорее закончить этот тягостный разговор.
— И не вздумай ничего сама предпринимать! — пригрозил муж, будто чуял, что именно так я и поступлю.
Но он сам признался, что официально органы им ещё не занялись — они изучали документацию и пока не пришли к какому-либо заключению.
А если в итоге выяснится, что этот Гараев и не преступник вовсе? Что никаких махинаций он не проворачивал?
Королёв так уверен в его вине, потому что этот Гараев посмел Лопатину как-то обидеть? Сейчас он от неё всячески отпихивается, а ведь ещё совсем недавно собирался до последнего защищать, мне ли не помнить?
Мне как, стоит просто забыть об этом моменте? Выбросить его из головы? Не брать во внимание?
Что-то внутри скреблось и подсказывало, что Королёв пытался принять желаемое за действительное.
Поэтому когда Гараев мне таки позвонил, я не стала делать скоропалительный выводов. Я решила внести собственную лепту в то, что в итоге могло оказаться благим делом.
— Извини, что несколько дней от меня не было ни слуху, ни духу, — голос в трубке звучал без пяти минут виновато. — Разные дела навалились. Если ты не против продолжить наш разговор по душам, я был бы рад снова увидеться.
