— Вы теперь только подтверждение у нашей бывшей клиентки получите — и всё, можно передавать информацию в органы. Ну или что вы там с ней решите делать. Это по сути уже не наша забота.
— Если мы частная контора, это не значит, что мы должна забивать на гражданский долг, не находишь, Бирюков?
— Да я же... я о том же, шеф! Вы не подумайте!
— Вольно, — успокоил его Королёв. — Но напомнить никогда не вредно. А то вы в последнее время как-то расслабились.
— Несправедливо, шеф, — обиделся Бирюков.
— Поспорь мне ещё, — проворчал Влад.
— Ладно, отбой. Но если всплывёт что-то ещё важное или срочное, тут же звони. Ты меня понял?
— Да ясное дело. Могли бы и не напоминать. Вас подвезти-то не надо? Это ж на другой конец города мчаться.
— Не надо, — он поискал глазами ключи от авто, которые кинул на столик у двери. — Сам доберусь. Но если что, будь на телефоне.
— Ага.
Бирюков отключился, а Владу пришлось шумно выдохнуть и собрать в кучу разбегавшиеся мысли."
"С Лопатиной придётся увидеться, хотелось ему того или нет.
Пусть он и сдал её вместе со всеми её потрохами, включая стащенные у мужа бумаги, отделаться от неё до конца пока не получалось. Это случится не раньше того момента, когда она подтвердит (ну, или опровергнет) информацию, которую ему только что передали.
Лопатина, с которой после её откровений теперь плотно работали следственные органы, ожидаемо его визиту не слишком обрадовалась.
— Ты меня предал, — красивые губы скривились, а он про себя подивился, как мог столько лет воображать, что по-прежнему что-то к ней чувствовал.
Кажется, в нём просто жила тоска по иллюзии. Какая-то извращённая форма ностальгии. Не имевшая ничего общего с реальным, живым человеком.
Потому что этот реальный, живой человек не принёс в его жизнь ничего, кроме боли, проблем и страданий.
— Давай обойдёмся без драматизма, — нахмурился Влад. — Мне не так много времени отвели на этот визит.
Её нынешняя «опека» с ней не церемонилась. Некому и некогда было возиться с «ценным клиентом».
— В кого ты превратился, Королёв… — вздохнула она.
— Я и представить не могла, что ты так сильно изменишься. Сдать меня властям…
— Что значит, сдать? Кира, ты не помнишь, что сама себя по сути сдала? Ты заявила, что у тебя на руках находится информация, которая может иметь государственное значение. И что ты предполагала, я делать буду с таким заявлением? Сидеть на нём, как наседка? Наивную дурочку из себя не строй, это совершенно не твоё амплуа.
— Я обещала передать бумаги тебе.
