Но звериные инстинкты затопили меня. Я должна быть сильной. Я хотела победить ее.
Она прыгнула на меня и прижала к земле. Обратиться в человека я могла не успеть, тем более призвать волшбу. Роксана просто перегрызет мое горло. В человеческом теле я очень уязвима для ее когтей и клыков. Если я сейчас же не выберусь из-под нее, то она переломает мне лапы. Но думать и делать — две разные вещи. Как бы я ни силилась и ни пыталась вырваться из ее мертвой хватки, ничего не получалось. Она укусила меня за шею и начала ожесточенно вгрызаться в мою плоть.
Передними лапами Роксана уже оцарапала мне грудную клетку, но тяжесть ее тела внезапно исчезла. Я тяжело и надрывно задышала.
Керстен схватил волчицу за холку и стащил ее с меня. Она рвалась из его пасти, чтобы закончить начатое. А я смотрела только в глаза волчице, которая хотела моей смерти. Я пообещала себе, что стану сильной волчицей. Арстен завыл, призывая воинов. На поляне валялись тела оборотней. Керстен скрылся среди деревьев с присмиревшей волчице в пасти.
«Я обязательно стану сильнее, окрепну и смогу дать ей отпор».
«Не стоит, Этель. Защищать тебя должны мы. Для первого оборота ты сделала больше, чем могла. Ты моя смелая девочка», — послышалось у меня в голове. Я замерла, не ожидая, что так можно было общаться.
Арстен подошел и лизнул меня в шею. Я убрала его голову. Обратилась в человека. Потрогала шею и поднесла мокрые от крови руки к лицу.
Было не столько больно, сколько обидно. Раны неглубокие, но неприятные и причиняющие дискомфорт.
Мне так хотелось победить ее. Я бы нашла в себе силы. Раны уже почти затянулись, но адреналин все еще гулял в крови.
И утолить его я могла другим способом. Я рванула вперед, побежала не разбирая дороги. Арстен завыл мне вдогонку. У него в крови тоже гуляло неумное пламя. Он был возбужден и желал соединиться со мной. Я отбежала на достаточное расстояние и остановилась. Развернулась.
Волк медленно, крадучись, начал подходить, высоко задрав голову и навострив уши. Я же сделала пару шагов назад, пока мои лопатки не уперлись в широкий шероховатый ствол.
Оборотень порыкивал и шумно втягивал воздух. Я неотрывно следила за ним и не показывала, насколько вся находилась в предвкушении дальнейших действий. Тело потряхивало от напряжения, сердце заходилось в бешеном темпе. Глаза волка светились от предвкушения и азарта. Он подошел и склонил свою голову к моей шее, снова глубоко втянул мой запах. Я затряслась, но точно не от страха. От возбуждения и вожделения.
