Главные усилия в экономике сосредотачивались на опережающем развитии машиностроительной отрасли, темпы роста которой предполагалось увеличить в 1,5–2 раза. Особые надежды на первом этапе экономических реформ возлагались на так называемые «целевые программы научно-технического прогресса» по информатике и вычислительной технике, робототехнике, генной инженерии.
Преобладание в руководстве страной старой гвардии вынуждало Горбачева бесконечно маневрировать, попусту тратить время на поиски «консенсуса». Лишь небольшая часть обновленного Политбюро (А.
Н. Яковлев и В. А. Медведев) выступала за структурные реформы и преобразование экономических отношений. Два года реформаторы безуспешно пытались преодолеть «застой».
На первом этапе перестройки так и не было найдено адекватных способов реализации заявленного курса на «ускорение социально-экономического развития, совершенствование всех сторон жизни общества». Так как экстенсивные способы экономического роста уже исчерпали себя, была сделана ставка на административные методы активизации «человеческого фактора».
17 мая 1985 г. в соответствии с постановлением ЦК КПСС и Указом Президиума Верховного Совета СССР, в стране началась беспрецедентная по масштабу и радикализму мер антиалкогольная кампания. Благородные замыслы оздоровления советского общества, не подкрепленные элементарным здравым смыслом и экономическими расчетами, обернулись дискредитацией идеи ускорения и громадными экономическими потерями.
Экономическая «перестройка». На состоявшемся в феврале 1986 г.
очередном XXVII съезде КПСС М. Горбачев расширил содержание концепции ускорения, распространив её на общественные отношения. С этого момента во главу угла политики «ускорения» были поставлены задачи демократизации, борьбы с бюрократизмом, беззаконием. За короткое время был омоложен верхний эшелон руководства. Один за другим отстранены наиболее консервативные члены партийной верхушки. Секретарь ЦК КПСС Б. Н. Ельцин возглавил Московский горком КПСС. Чистка коснулась также среднего и нижнего звена партноменклатуры.
К началу 1987 г. было заменено 70 % членов Политбюро, 60 % секретарей обкомов, 40 % членов ЦК КПСС.
В 1986 г. становится очевидным, что сформулированные сверху цели не имеют соответствующего механизма реализации на микроуровне. Закостеневшая система государственного планирования не справлялась с ликвидацией созданных ею же диспропорций. Резкое повышение темпов экономического роста, заложенное в новый пятилетний план, оказалось очередной утопией.
