Власти военные и полицейские показали свою беспомощность и вместо того чтобы изолировать десяток организаторов, долго полагались на «слово Гапона», уверявшего их, что шествие не состоится. Самого Николая II в Петербурге не было, и идея вручить ему петицию в Зимнем дворце была просто абсурдна. Власти наконец уразумели, что Гапон ведет двойную игру, и 8 января приняли решение ввести в столицу большой контингент войск и блокировать центр города. В конце концов более 100 тысяч человек все-таки прорвались к району Зимнего дворца, в разных местах города была открыта стрельба.
Имелись жертвы: было убито 96 и ранено 333 человека. Враги же трона и династии во много раз завысили количество погибших и называли «тысячи убитых».
Царь, находившейся в Царском Селе, узнав о событии, горько переживал. В дневнике записал: «Тяжелый день! В Петербурге произошли серьезные беспорядки вследствие желания рабочих дойти до Зимнего дворца.
Войска должны были стрелять в разных местах города, было много убитых и раненых. Господи, как больно и тяжело!» Но изменить уже ничего было нельзя. Престиж власти в глазах очень многих был серьезно поколеблен."
"§ 3. Революционное движение. Манифест 17 октября 1905 г.После 9 января 1905 г. недовольство стало открыто проявляться на страницах газет и журналов, на собраниях земских и городских деятелей.
Учебные заведения, в первую очередь университеты, бурлили; по стране покатилась волна стачек и манифестаций. И на первом месте стояло требование политических перемен, которых желали очень и очень многие. Неудачная война усугубила старые проблемы, породила новые. Вопросы реформирования системы выходили на первый план общественной жизни. В высших коридорах власти ещё раньше начинали осознавать рост социальной напряженности.
В августе 1904 г. на ключевой пост министра внутренних дел был назначен бывший товарищ министра внутренних дел, бывший виленский, ковенский и гродненский генерал-губернатор князь П. Д. Святополк-Мирский, провозгласивший политику доверия к общественным кругам. Началась «осенняя весна» надежд и ожиданий.
25 августа 1904 г. князь получил аудиенцию, на которой Николай II сообщил ему о принятом решении.
