Главную опасность курсу обновления страны представляли те, кто считал, что реформы слишком «медленны» и «неглубоки». Эти леворадикальные течения и кружки, требовавшие «коренных изменений», заявили о себе в начале 60-х гг. XIX в. Они получили название «народников».
Родоначальниками их идеологии являлись А. И. Герцен и Н. Г. Чернышевский, а главный девиз сформулировал ещё В. Г. Белинский: «Человеческая личность выше истории, выше общества, выше человечества». Позже эту «социологическую формулу» развил известный идеолог «крестьянского социализма» Н.
К. Михайловский (1842–1904), заключивший: «Единицей меры при определении относительного значения различных форм государственного общежития может быть только человеческая личность. Человеческая личность, её судьбы, её интересы — вот что должно быть поставлено во главу угла нашей теоретической мысли и нашей практической деятельности».
Общественно-политические воззрения народников являли странный симбиоз христианской этики и социалистических теорий.
Как позже справедливо заметил А. Ф. Керенский, «это своеобразное русское движение интеллектуально было связано с едва начинавшимся тогда в Европе социалистическим движением, эмоционально — с христианством». Многие лидеры народничества, эти, как писали о них клевреты, «апостолы» и «мадонны» революции, несомненно испытывали влияние христианского этатизма.
Бросая бомбы, убивая кинжалом из-за угла, стреляя из револьвера в одних, они хотели сделать счастливыми других.
Эта «социальная философия» не имела ничего общего с христианством, утверждающим самоценность каждой человеческой жизни. Однако народники не испытывали раскаяния, они воспринимали собственные кровавые акты как народный ответ «самодержавной деспотии». Их отличала фанатическая ненависть к общественному устройству в России. Им не нужны были преобразования, они мечтали о крушении. Во имя осуществления этой мечты молодые люди шли на самые невероятные поступки, жертвовали карьерой, а нередко и жизнью (и не только своей).
Первой заметной народнической организацией стала «Земля и воля», существовавшая в 1861–1863 гг. и объединявшая несколько десятков юношей и девушек — большей частью студентов различных петербургских учебных заведений. Возникла она в период, когда противники режима не сомневались, что скоро грядет народное восстание.
