Полуобразованная, глубоко провинциальная женщина взошла на трон великой державы при противодействии значительной части знати и широких кругов дворянства.
Прежде всего она постаралась окружить себя преданными и близкими ей людьми. Из Курляндии немедленно был вызван её обер-камергер Эрнст Иоганн Бирон, её фаворит, в которого она была влюблена всю жизнь. Он не занял в России какого-то поста, но с тех пор постоянно находился рядом с царицей и направлял фактически все её действия. Человек представительный и красивый, неглупый, достаточно образованный (он даже учился некоторое время в Кенигсбергском университете), Бирон не стремился быть на виду, держался в тени.
Но через верных людей, приехавших из Курляндии, которые заняли в России при поддержке арицы крупные посты, а также через русских сторонников царицы и своих личных выдвиженцев он практически держал в руках все нити управления. Коренные интересы России Бирону как иностранцу были чужды. Российские проблемы не тревожили его сердце. Под стать ему были и другие иностранцы, пришедшие к власти вместе с Анной Иоанновной.
Во главе правительства стоял А. И. Остерман, во главе армии — фельдмаршал Бурхард Христофор Миних, приглашенные на службу в Россию ещё Петром I. Боясь российских дворян, Анна Иоанновна поставила выходцев из немецких земель во главе гвардейских полков. А для своей личной военной опоры создала ещё один гвардейский полк — Измайловский — по названию села, где она прожила значительную часть жизни.
Анна Иоанновна довольно быстро рассчиталась со своими врагами.
Верховный Тайный Совет был уничтожен. Вместо него появился кабинет, состоящий из трех человек. Ведущая роль в ней принадлежала беспринципному и хитрому Остерману. Был воссоздан петровский Сенат в расширенном составе. Уничтоженная после смерти Петра I Тайная канцелярия как орган политического сыска и политических преследований противников вновь появилась на свет.
Поначалу обласкавшая и Д. М. Голицына, и Долгоруковых (нельзя же было начинать царствование с расправ), Анна Иоанновна по настоянию Бирона и Остермана постепенно оттеснила своих недоброжелателей.
Так, Голицын потерял все свои посты, а впоследствии по сфабрикованному обвинению предстал перед судом, был приговорен к смертной казни. Императрица помиловала его и заменила казнь пожизненным заключением в Шлиссельбургскую крепость, куда и отправили 70-летнего, тяжело страдавшего подагрой и еле передвигающегося с помощью костылей вельможу. Там он и умер.
