– Заткнись, говорю! Не хватало еще испортить праздник старшей госпоже!
В глазах прислужницы, в руках у которой наблюдался прут, виднелось отвращение и злость, но Дэмия к этому уже привыкла.
– Праздник… – с губ девушки сорвался всхлип. – Моя матушка умерла, а у вас праздник…
– Да плевать всем на твою подстилку-мать! – зашипела служанка, ядовито сощурившись. – Госпожа и старшая госпожа наоборот только рады этому! Одна ты тут воешь дворовой псиной!
– Позвольте мне увидеть маму… – голос Дэмии дрожал, она чувствовала, как медленно умирает.
– И на что же ты там смотреть собралась? – захохотала служанка, закрывая своей пышной фигурой выход из комнаты. – Твою мать вчера же и сожгли!
– Что? – руки Дэмии от услышанного задрожали. – Сожгли? Но… как? – голос перешёл на шёпот. – Вы… Вы не могли… На третий день… Предают огню на третий день…
Ответом ей был злобный хохот, прокатившийся по всей комнате.
– Нет! – Дэмия, задыхаясь от горя, рванул вперёд. – Нет!
– Стой, идиотка!
Вот только эмоции, что бурлили в теле девушки, придали ей сил.
С трудом, но всё же оттолкнув служанку, Дэмия вырвалась на крыльцо небольшого домика. Он стоял отдельно от главного поместья, ведь ей не позволяли жить вместе со всеми под одной крышей.
– Стой, сказала! – донеслось гневное вслед. – Старшая госпожа празднует в саду с гостями! Её выбрали в компаньонки самой принцессы! Только посмей помешать, тварь такая!
Но Дэмия не слушала. Подхватив платье, она бежала изо всех сил, умоляя небеса, чтобы слова о том, что матушку уже предали огню, оказались ложью.
– Схватите! – шипела задыхающаяся служанка, бегущая следом.
И тут из кустов выскочили ещё две прислужницы, сбивая Дэмию с ног.
Одна схватила её за волосы, а вторая зажала руки, завернув их за спину.
– Пустите! – рыдала девушка, пытаясь вырваться.
– Ах ты тварь! – раздалось разъярённое над головой. – Непослушная мерзавка!
Слух уловил тихий свист от замаха кнута, который в следующую секунду опустился на оголенные руки девушки, больно жаля.
– Я тебе покажу! Гадина!
И снова замах.
Снова удар. По всему телу Дэмии наблюдалось множество синяков и тонких шрамов, ведь бывали случаи, когда появлялись и рассечения.
– Решила испортить праздник нашей старшей госпоже?!
Служанка била её беспощадно, в то время как другая зажимала ей рот.
– Тащите эту тварь к пруду! Пусть охладится!
И вот её схватили, силком направляя в противоположную от сада сторону.
– Я научу тебя, как слушаться старших! Мерзость такая! – не унимаясь шипела служанка.
