Магистр тяжело дышал, а с его волос и лица капали на пол крупные прозрачные капли.
Вроде бы обошлось. Чёрт, до сих пор страшно.
- М-магистр-р, - запинаясь пробормотала я. - Прошу вас, уберите её, я не хочу быть никакой сааной, ничьей истинной и вновь переживать подобный кошмар! Снимите и забудем об этом жутком недоразумении.
Райан прошёл к столу, опёрся двумя руками о край столешницы и, не глядя на меня, повторил:
- Метка ставится раз и навсегда.
- Но я не хочу быть вашей истинной! - в отчаянии воскликнула я, чувствуя, как тело содрогается крупной, ледяной дрожью.
В мыслях я надеялась, что это лишь страшный сон, и я вот-вот смогу проснуться.
- А чего ты ещё не хочешь? - злобно усмехнулся магистр, глядя в одну точку.
- Во-первых, я человек, а не дракон. Во-вторых, я не местная. Я хочу сама выбирать, с кем мне быть и кого любить, а не подчиняться какому-то неведомому решению!
- Уже не можешь.
- Не могу что? - меня как будто с головой накрыло ледяной волной.
- Выбирать, - сухо ответил чёрный дракон.
- Таковы законы этого мира. Такова магия. Это тебе не земной мир. Ты - моя, нравится нам это или нет.
- Не нравится! - протестующе возразила я, на что Кьяртон, хлопнув ладонями по столу, рявкнул:
- Мне тоже!!!
От его внезапного крика захотелось провалиться под землю. Стать муравьём и спрятаться за плинтусом. Или невидимкой. Райан оказался по-настоящему страшен в гневе.
С горящими глазами он подошёл ко мне, схватил за подбородок и грубо задрал мою голову, заставляя смотреть на него снизу вверх.
- Думаешь, я этому рад? Я опозорен! Моя истинная - малолетняя соплячка! Жалкая человечка! Слабая, беззащитная… - его голос сочился таким ядом, что если бы был хоть капельку материальным, я бы уже валялась у его ног отравленная и бездыханная.
Но грубые слова, вылетающие из его рта, сделали своё дело. Мысли прояснились, а страх перед грозным мужчиной, сменился праведным гневом:
- Если вы ещё хоть словом оскорбите меня, то сильно пожалеете, - оттолкнув его руку от своего лица, просипела я.
Едва сдерживалась, чтобы не пнуть его коленом и не оставить без драконьего потомства.
- Да я уже жалею, - язвительно ответил Кьяртон, убрав руки за спину. - Посмотри на себя: мелкая, тощая, глазища в пол лица. Язык как помело, рука тяжёлая, ни манер, ни воспитания. Такую, как ты, не выведешь в приличное общество. Максимум, что тебе светит - роль моей тайной любовницы. И то если перед тем, как затащить тебя в постель - выключить свет и задёрнуть шторы.
