Именно люди убили родителей дяди, заставив малыша-дракона смотреть на сие кошмарное действо. Издевались, били, плевали в него, а затем бросили одного посреди безлюдной местности и ушли. Кингон лишь на шестой день смог найти полуживого драконёнка и выходил его в своём замке, усыновил его и воспитывал как родного, вместе с Амадеем.
- Это… - я осеклась, подбирая верные слова, но не смогла и лишь закрыла лицо руками. Страшно представить, что чувствовал малыш. Один-одинёшенек, лишившийся родителей, раненый, голодный, замёрзший…
Захотелось прямо сейчас побежать к Райану, крепко его обнять и никогда больше не отпускать.
Вот только…
- Ну-ну, только не реви, - преувеличенно бодро сказал Третий-Шестой. - Всё закончилось хорошо. Драконов выдали их же сообщники-люди. Всех причастных казнили, понадобились годы, чтобы мир был восстановлен, но теперь баланс соблюдён. Знаю, что драконы до сих пор считают себя сильнее людей, но они прекрасно понимают, что без вас нам будет очень туго. Скажу больше, мои сверстники вполне себе дружелюбные.
- Ага, - хмыкнула я, ненадолго отвлекаясь от мыслей о Кьяртоне. - Вспомнить наше знакомство - ты унижал человека, только потому, что он из другого мира.
Гэри картинно вздохнул и закатил глаза:
- Дерзкая, ну ты как маленькая. Да, я позволил себе немного больше, но не потому, что не люблю людей.
- Тогда почему? - наседала я на него.
- Да потому что я был главным задирой Горинской Академии! Самым крутым, самым несносным, самым дерзким! - выдал Третий-Шестой.
- А как повёлся с тобой, так и этого звания лишился. Стал примерным драконом, аж самому тошно.
Повинуясь внезапному порыву, я обняла ненаследного принца со словами:
- Спасибо за откровенность, Гэри. Ты - самый-самый-пресамый лучший.
- Вообще-то, - Гэрольд обнял меня в ответ, бормоча на ухо. - Будет лучше, если ты скажешь это своему Истинному. Окружи его заботой, Дерзкая, и ты не пожалеешь.
- Заботой, говоришь? - невесело ухмыльнулась я. - Думаю, он первым делом меня прогонит.
Ему претит одна мысль, что его истинная той же расы, что убила его родителей.
Гэрольд Нивэн Третий громко цокнул языком и отстранился, держа ладони на моих плечах.
- Подумай, как женщина, Дерзкая. Ты - милая, добрая, хорошая. Язык, правда, как жалко у пчёлки, но это терпимо, когда ты молчишь. Я дам тебе подсказку: Кьяртон рос в роскоши и богатстве. Он не мог наследовать престол, но перед ним пресмыкалась вся Дрогомея.
