Интересно, она звонит, чтобы обелить Марка и сказать, что между ними ничего не было?
— Так зачем вы мне звоните?
— Я считаю, что Марку я больше подхожу, чем вы, — огорошивает меня она.
От такой наглости я хватаю ртом воздух, как выброшенная на берег рыба.
Ни фига себе!
Вот это заявочки!
— Потрясающе, но со мной делиться этим откровением не стоило.
— Мы познакомились в прошлом году на конференции, — девица решает ее отступать. — И всё так замечательно начиналось, а потом появились вы!
Это звучит так обвиняюще, что я даже закашливаюсь.
— Во-первых, я появилась почти двадцать лет назад. А во-вторых, когда мы познакомились с Марком, он был свободен. Или я чего-то не знаю?
— Свободен, но вы разрушили зарождающиеся чувства!
Морщусь с этого пафоса.
— Сорян, не хотела, но что поделать: всё разрушилось. От меня вы сейчас что хотите? — спрашиваю я, хотя и сама догадываюсь.
— Отпустите Марка. Мы снова встретились, нас тянет друг другу. С вами он будет несчастен.
— Слушайте, Оля, — злюсь я.
— Марк не телок на верёвочке, чтобы его отпускать. Он взрослый мужик, который в состоянии самостоятельно принимать решения. Я сомневаюсь, что он в курсе этого звонка, и ещё больше сомневаюсь, что ему понравится, когда он о нем узнает.
— Я хотела по-хорошему, — суровеет голос на том конце. — Я сделаю всё, чтобы он к вам не вернулся. Я вас предупредила, моя совесть чиста, — и кладёт трубку.
А я ошалело пялюсь на погасший экран мобилы.
Охренеть!
Вот это страсти! Что-то я стара для такой драмы.
Она хороша в семнадцать, а после уже как-то неуместна.
Всё она сделает, вы только послушайте!
Но на душе паршиво. А если правда Марк со мной будет несчастен?"
"Со вздохом убирая телефон в карман, я оборачиваюсь и вижу совсем рядом Смолину. Судя по алеющим щёчкам, я застукиваю её на подслушивании. Карина такая миленькая, что на неё даже разозлиться не выходит. В конце концов, такой разговор я бы тоже подслушала.
— Всё хорошо? — с надеждой спрашивает она. — Ты сначала побледнела, а потом покраснела.
— Нет, — мрачно отвечаю я. — Всё плохо.
— Может, чая? У меня есть булочки с корицей.
Заинтересованно смотрю на Карину.
Могла бы, женилась бы на ней. И никаких измен, и всегда рядом с выпечкой.
— Давай, — устало соглашаюсь, поскольку весь день я скрывалась от ба и питалась только под ножным кормом. По-моему, я сожрала пакет семечек. Какая зараза оставила его у меня? Я его только открыла, а потом все как в тумане.
