Их имения конфискованы, счета арестованы, а Аррон, который правил всего несколько дней, и его ближайшие соратники будут казнены на рассвете за государственную измену.
— Как быстро все обернулось, — заметила Алекс, качая головой. — Еще вчера они были всевластными правителями, а сегодня…
— Александр действует быстро и безжалостно, — сказал Дерек. — Выкорчевывает сорняки, которые могли бы помешать его власти. Умно, хотя и жестоко.
— Жестоко? — возразил Скай. — А казнь королевы Элеоноры была не жестокой?
— Справедливости ради, — вмешался Дэвид, — Брикманы действовали точно так же, когда пришли к власти.
Круг замкнулся.
Мы понимали, что непосредственная угроза миновала, но будущее оставалось туманным. Каким правителем окажется Александр? Как он будет относиться к тем, кто поддерживал его скрытно, и к тем, кто просто пытался выжить в эти смутные времена?
— Нам пока нужно оставаться здесь, — сказала Делия вечером, когда мы собрались в гостиной после бурного дня. — Нужно понять, как новый король отнесется к нашим делам.
Закрепить свои позиции, пока идет передел власти.
— Ты права, — согласилась Кэтрин. — Первые дни его правления определят очень многое. Нужно показать лояльность, но не выглядеть при этом приспособленцами.
Я же чувствовала непреодолимое желание вернуться домой. Моя роль в этой игре была сыграна. Грейтаун с его интригами и кровью вымотал меня до предела. Каждая клетка моего тела требовала покоя, тишины родного поместья. Мне нужны были мои лошади, мои стабильные, предсказуемые заботы и… Риган.
Прощание с подругами было совсем другим, не таким, как в порту год назад. Теперь в нем не было отчаяния разлуки, только надежда и уверенность в завтрашнем дне. Мы обнимались долго, по-настоящему, зная, что наша связь теперь стала неразрывной.
— Пиши, — шептала Кэтрин, прижимая меня к себе. — Рассказывай обо всем.
— И ты тоже, — отвечала я. — Хочу знать, как устроится ваша жизнь при новом короле.
Мы договорились писать регулярно и встретиться, как только обстановка в столице окончательно стабилизируется.
"
"Дорога в Ринкорд показалась мне на удивление короткой. Мы с Риганом почти не говорили, но это молчание было наполнено пониманием и близостью. Мы вместе прошли через эту бурю, и это сблизило нас больше, чем любые слова. Воздух за окнами автомобиля становился все чище и свежее, и с каждой милей, приближающей меня к дому, я чувствовала, как с плеч спадает тяжелый груз столичной политики.
Поместье встретило меня покоем и тишиной.
