К тому же — дворецкий слегка улыбнулся, — вы же не собираетесь оставлять его без надзора? Должность управляющего предполагает отчетность перед владелицей поместья."
"— Да, вы правы, — кинула и направилась в конюшни, где нашла мастера Жерома за осмотром молодых лошадей.
— Мастер Жером, — окликнула я его, — как дела у молодняка?
— Растут на радость, госпожа, — он выпрямился, потерев поясницу. — Особенно хорош жеребенок от Беллы — сильный, резвый. Настоящий чемпион будет.
— Слышала, что Джеймс предложил изменить систему тренировок?
Лицо мастера Жерома приняло задумчивое выражение.
— Предложил, госпожа. И должен сказать — дельные мысли.
— Что именно он предлагает?
— Индивидуальный подход к каждой лошади, — мастер Жером достал из кармана сложенные листы бумаги. — Вот, смотрите. Он расписал программу для каждого нашего скакуна: учел возраст, темперамент, физические особенности. Для Ветра одни упражнения, для Бури — другие.
Я пробежала глазами записи. Они были сделаны с поразительной точностью и знанием дела.
Джеймс учел даже такие тонкости, как время суток, наиболее подходящее для тренировок конкретной лошади, и особенности питания в зависимости от нагрузок.
— Впечатляет, — призналась я и, чуть помедлив, спросила, — а что вы думаете о назначении Джеймса управляющим поместья?
— Толковый человек, видно, что работа простым конюхом не для него. Но… — он помолчал, — такие люди просто так в услужение не идут. У него свои причины здесь быть.
— Какие, по-вашему?
— Не знаю, госпожа.
Может, от чего бежит, может, наоборот — что-то ищет. Но для нас он полезен, это точно.
Остаток дня я провела, украдкой наблюдая за работой Джеймса. Он действительно обладал удивительной способностью видеть общую картину и координировать различные задачи. Когда возникла проблема с доставкой льда для хранения устриц, он тут же предложил решение. Когда Гарри засомневался в расписании тренировок перед ярмарочными скачками, Джеймс терпеливо все объяснил.
Вечером, когда мадам Мелва наконец дала передышку измученным слугам, я решила прогуляться по саду.
У старого дуба, где стояла любимая скамейка, я снова встретила Джеймса.
— Доброй ночи, — поздоровалась я.
— И вам, мадам, — он поднялся, но я жестом предложила ему остаться сидеть.
— Долгий день?
— Как обычно, мадам. Но работа приносит удовлетворение, когда видишь результат.
Я села на край скамейки, оставив между нами приличествующее расстояние.
— Джеймс, я думала о развитии поместья.
