Они здесь что, буйных держали?
— Рай, я не влезу не в свое дело, если спрошу, почему твоя мама носит фамилию громадины-командора?
— Влезешь, конечно, но когда я тебе мог отказать, — он ключом открыл четыре двери. Три из них оказались небольшими палатами, каждая на одну кровать. А последнее помещение — гигиенической комнатой с неплохим душем. Здесь же на столе теснились упаковки с полевыми пищевыми наборами: упакованные сухпайки и бутыли с соком.
— Можно жить, — вынес вердикт Райден и открыл две бутылки сока.
Отхлебнув из одной, вторую он протянул мне. Бархатный свет газового светильника придавал его резким чертам мягкость, даже какую хрупкость. Как игра воды на чаше каменного источника, когда прозрачные струи дарят суровому материалу необычное, таинственное очарование. — Ты спрашиваешь почему у мамы двойная фамилия? Это длинная история.
Мы сели рядом за стол, распаковали орехи, сыр и печенье. Я положила ноги ему на колени, Камачо поглаживал пальцами открывшуюся полоску кожи на голени.
Он посмотрел куда-то поверх моей головы. Вспоминая прошлое. И начал рассказывать, то хмурясь, то иронично улыбаясь, неторопливо, словно пролистывал страницы семейного альбома. Три года назад миссис Люсиль Камачо открыла входную дверь, ожидая встретить мужа, вернувшегося после зачистки пробоя. Но на пороге стоял не ее Эктор. Офицер Пальмэ, «здоровяк Пал» прибыл с горестной вестью, перевернувшей жизнь всего счастливого семейства. Несгибаемый, суровый командор Камачо, храбрый Страж и заботливый муж, погиб при до конца невыясненных обстоятельствах, когда в маленьком провинциальном городке обычный пробой с мелкой неопасной живностью вдруг превратился в полноценный Прорыв.
В ранее счастливый дом пришло настоящее горе. Вдова была безутешна. Сын-наследник не находил себе места. И только помощь Сайруса Пальмэ, надежного и молчаливого, удержала всех на плаву. На его плече рыдала хрупкая красавица Люсиль, так рано оставшаяся одна. Он устраивал в доме Камачо посиделки Стражей, чтобы Райден узнал как можно больше о работе и авторитете отца.
Рекомендовал учителей. Контролировал финансы. Через год Райден застал свою маму и Сайруса в весьма недвусмысленной ситуации. На годовщину смерти командора они справлялись с горем как могли, не ожидая излишне раннего и оттого внезапного возвращения юного наследника рода от друзей.
— Я многое что тогда высказал обоим, — ровно сказал Рай, его пальцы болезненно сжали мою коленку, но я промолчала.
