Неужели это все по-настоящему происходило со мной, а Глеб и в самом деле мог со мной так поступить?
10
НадяМне казалось, меня окунуло в какой-то кошмарный сон, в вязкую трясину, которая засасывала меня с головой. Как я могла верить незнакомому человеку? Что если Шведов был врагом моего мужа, а я только хуже сделаю, позволив ему вмешаться в наши отношения с Глебом? Еще никогда я не чувствовала внутри такой тревоги и волнения, как сейчас. На кону стояли не просто деньги и какие-то акции, а моя дочь. Максим же предлагал все резко обрубить с Глебом и остаться с ним и Наташей в «Коринтии».
Но если я так поступлю, какие шаги предпримет мой муж? Мне было плевать на деньги и часть акций, которые мне принадлежали, но не на дочь и ее чувства. Позволить Глебу шантажировать меня ребенком я тоже не могла. Какой-то замкнутый круг… И всего несколько часов, чтобы принять единственное верное решение.
— Смотри, я скинула тебе в сообщении свой номер, Максима и Ивана. Сохрани, — Наташа протянула мне телефон.
— Тебе ведь неприятно мое общество? Зачем ты все это делаешь? — я кивнула на пакеты, которые она поставила рядом с кроватью, когда мы вернулись в спальню.
— Я люблю Максима и желаю ему только добра. Ради него я все стерплю. Собственно, как и ты ради своей дочери. Кстати, а у тебя есть ее фото? Обожаю детей, — Наташа расплылась в искренней улыбке.
Ей я тоже не верила, как и Шведову, а себе и своим чувствам я привыкла доверять.
— Да, очень много. Как восстановлю учетную запись, покажу.
Если Наташа и в самом деле любила детей, то тогда мы смогли бы найти хотя бы одну точку соприкосновения.
— Симка в телефоне тоже стоит моя.
— Спасибо, Наташа, — поблагодарила я и села на край кровати.
От переизбытка информации голова немного шла кругом. Наташа оставила меня одну, а я, собравшись с мыслями, набрала номер юриста, визитку которого дал мне Максим. Мы разговаривали с Артуром Давидовичем около получаса и в итоге договорились встретиться завтра в отеле около семи вечера для личного разговора.
К этому времени я должна была раздобыть кое-какие бумаги. Часть копий была у меня на электронной почте, остальные лежали в сейфе дома.
Завершив вызов, я подошла к окну. Над тем, чтобы позвонить Виолетте Артемовне, я размышляла ровно пару секунд. Все мои мысли занимала только Дина. Дочка уже должна была проснуться, а желание услышать ее голос оказалось слишком велико…
— Доброе утро, Виолетта Артемовна, — мать Глеба ответила спустя два гудка. — Это Надя.
