Моя сделка носит односторонний характер. И в случае ее нарушения я вернусь в тюрьму. Я собираюсь ее нарушить.
Эти слова вызвали сильную боль не только в сердце, но и во всем теле.
— Почему? Что ты собираешься сделать?
— Ничего. И давай переведем эту тему. Расскажи мне что-нибудь о себе или Дине. Почему ты так назвала дочь?
Машина плавно тронулась с места и Максим сосредоточил взгляд на дороге.
— Не знаю. Хотелось что-то короткое и звучное…
Мысли путались. Сердце в груди отбивало сумасшедший ритм. Я и представить себе не могла, что Максим будет со мной откровенен до такой степени.
Боже, какой мукой стал этот вечер! Разве о таком я думала на протяжении этих дней? Я перевела взгляд на его руки и долго смотрела на них, а затем отвернулась к окну, пряча от него свои слезы.
— Надя, — тихо позвал он, но я не отозвалась.
Я не смогла справиться с эмоциями. Они били через край. За что отец так жестоко поступил со мной? Почему утаил правду? Почему посадил мужчину, которого я любила и от которого ждала ребенка? Зачем?
— Черт, — выругался Максим.
Машина снова замедлила ход и мы съехали на обочину. Я закрыла руками лицо и плакала, не в силах остановиться. Слезы катились из глаз, а картинки, как над Максимом издеваются и причиняют ему боль, не давали сделать полноценного вдоха. Казалось еще чуть-чуть и я лишусь чувств, захлебнувшись ими.
Дверь с моей стороны открылась, впуская поток холодного воздуха и я ощутила на своих запястьях сильные руки.
— Посмотри на меня. Хватит плакать.
Что случилось?
Я покачала головой из стороны в сторону. Максим закатил глаза и шумно вздохнул, а его пальцы глубже впились в мои руки, причиняя боль.
Мне так хотелось его обнять, но я не могла пошевелиться. Попросить его отвезти меня домой? Но я желала совершенно другого в это мгновение. Он сказал, что ему придется вернуться в тюрьму, но ведь это будет потом, а сейчас у нас было время, ведь так? Боль не отступала и была такой яркой, словно кто-то ножом резал по сердцу и тут же засыпал эти следы солью.
Я ведь думала, что между нами все кончено, что мои чувства мертвы, но это не так. Если бы я ничего к нему не чувствовала, то испытывала бы весь этот калейдоскоп ощущений?
— Хочешь, поедем ко мне? — Максим подхватил меня на руки с сиденья и тесно прижал к своему телу.
Пять лет назад я потеряла голову от его глубокого, пронзительного взгляда, рассудительности, которую он не утратил, не смотря на все то, что ему пришлось пережить.
