Динар это предусмотрел и в свой прошлый визит взял локон волос у девочки. Как только меня отпустили, я поехал в клинику…
Я выхватила из рук Максима сложенный листок бумаги. Строчки прыгали и расплывались у меня перед глазами, а по мере прочитанного мне становилось все тревожнее на душе. По результатам экспертизы выходило, что Дина не дочь Максима? Это какой-то розыгрыш?
— Этого не может быть, — я покачала головой. — У меня не было никого кроме тебя. Это какая-то ошибка… Дина твоя дочь!
29
НадяЯ перечитала текст, а потом еще раз и… выронила бумажку из рук.
Схватилась за край стола руками и втянула в себя воздух. Нет, это не могло быть правдой. Это все подделка. В клинике перепутали результаты. Динар мог что-то подтасовать.
— Ты понимаешь, что это значит? — холодно спросил Шведов, наблюдая за мной все это время с непроницаемой маской на лице.
Он наверное был рад, что все так сложилось? Зачем ему ребенок от временного увлечения и нелюбимой женщины?
— Нет, не понимаю, — мысли разбегались в стороны, а я чувствовала, что лечу в бездну.
— Это неправда. Дина твоя дочь. И нет у меня никаких пробелов в памяти! Никакого заявления я не писала и прекрасно помню, что пришла к тебе по своей воле…"
"На смену отчаяния вдруг пришло дикое опустошение и усталость. Да, я очень устала от этой неизвестности и страха. Будто моя жизнь мне больше не принадлежала. Я постоянно находилась под чьей-то опекой. Зависела от чужих решений. Сначала отец, потом Глеб, теперь Шведов…
— Если не поняла и туго соображаешь, то скажу, что это значит, — он поднял бумажки с пола и положил их на стол.
— Прав у меня на этого ребенка — ноль, а вот у настоящего отца… — он хмыкнул. — Думаешь, Хабаров позволит воспитывать своего ребенка постороннему человеку? Тем более своему врагу?
— Дина не его дочь! У нас с ним ничего не было. По крайней мере до аварии. И после… — я осеклась, мне не хватало воздуха, легкие жгло. — Между нами все случилось глубоко после рождения Дины. Я настаиваю, чтобы мы вместе провели экспертизу.
Еще раз. В другой клинике. Которую я сама выберу. Я больше никому не верю. Ни одному из вас, ясно?
— Еще одну? В другой клинике?
— Да, — я кивнула.
Несколько секунд он молча смотрел на меня, а потом достал из кармана толстовки еще один лист, сложенный вчетверо.
— Надеюсь, так будет убедительнее, что я тоже оказался не удовлетворен результатами одной экспертизы? Но и эта подтвердила, что Дина не моя дочь. Для второго теста брался другой образец.
