Местный туалет типа сортир порадовал меня тремя кабинками с тонкими перегородками и дырками в полу. Сами понимаете, ни о каком уединении и речи тут не шло. Но всем было плевать. Поэтому и я забил.
Умывание в ледяной воде стало входить в привычку. Потом я посмотрел список того, что надо было сделать. Принял синюю таблетку и выпил жидкость из склянки такого же цвета. Еле удержался, чтобы не вырвать — по ощущениям это было похоже на болотную воду, вонявшую серой.
Потом Седьмая молча раскрыла банку с мазью и нанесла мне ее на спину.
Повернулась ко мне и я проделал то же самое уже с ее спиной. Все в полной тишине и без капли смущения. Наготы тут никто не стеснялся — всем было безразлично. Я с ужасом понял, что мне тоже.
Утренняя разминка — бег по лесу — десять километров, потом завтрак и полигон, где повторился вчерашний день. Как я понял, нас, будущих офицеров — правда, офицеров чего, непонятно, — пока учили бою, не забивая голову теорией. Все только самое необходимое для функционирования.
Теория ядов, теория управления малыми и большими подразделениями, теория силы. На втором году жизни, если доживем, добавится управление техникой.
Никаких умных предметов, истории и прочего — только функционал. Нас не учили воевать, нас учили убивать — быстро и максимально эффективно. Щит Велеса дался мне к концу второй недели, когда я, совсем отупев от бесконечных ударов Первой, ставшей моим персональным мучителем, вдруг вспыхнул яркой звездой.
Очнувшись будто от сна, я смотрел на свои руки, переливающиеся золотом, и пытался понять, как я это сделал.
Внутренний анализ показал мне, что внутри появилась искра. Мелкий пацан радостно мне улыбнулся и помахал рукой, категорически отказываясь говорить.
— Когда пробудишь остальных, ты узнаешь все, — загадочно шепнул он и исчез.
Но сила осталась и была послушна. Чего их пробуждать-то? Я же вроде это уже сделал. Ничего не понимаю.
Организм, уставший от постоянного холода, вздохнул чуть свободней, потому как щит от него немного защищал.
Не до конца — я по-прежнему мерз, но все же чуть меньше.
Общался я в основном с Первой, иногда с Седьмой и реже Девяткой. Остальные меня игнорировали, а я сам к ним не лез. Тут вообще не принято было попусту болтать или заводить друзей. Да и выматывались мы так, что ни на что сил не оставалось.
— Забег по лесу. Двадцать километров. Магия запрещена. Утяжелители по пять килограмм на конечности — исполнять.