— Спрашивайте, -со странной готовностью ответила она. От былого страха и нервозности не осталось и следа, и это удивляло и немого настораживало. Что она задумала?
— Вопрос, как вы меня нашли, снимается, а вот кто вы такие, мне по-прежнему интересно. Просто для общего развития, не более.
— Мы — те, кто держит этот город. Мы — те, кому подчиняются все живущие в нем. И мы — те, кого ты смог удивить. Поэтому я предлагаю тебе присоединиться к нам. Что?
Мое скривившееся лицо порядком удивило ее. Мы — самые главные, остальные — пыль под ногами.
Как скучно и неинтересно.
— Отказываюсь, — нарочито зевнул я, — сильному нет смысла прогибаться под слабого.
— Ну я, собственно, так и подумала, -улыбнулась та и резко оттолкнулась от стола, упав на спину вместе с креслом. В этот же момент, разбив стекло, в окно влетел снаряд, с грохотом разорвавшийся внутри комнаты.
Я как сидел, так и остался сидеть в кресле. Щит без проблем выдержал удар, чего не скажешь о мебели, которая буквально испарилась вместе с частью стены.
Уже через пару секунд раздался ещё один взрыв, теперь снаружи, судя по раздавшемуся шуму, входная дверь тоже была уничтожена.
— Дуська, собери шмот и отдай его девчонкам. Пусть сидят тихо и не высовываются. А я пока разберусь с новыми гостями. Буду казнить и миловать. Но учитывая, что они разбили мой любимый чайник, буду только казнить!
Подтянув к себе эфиром оглушенную Хельгу, вокруг которой мерцал щит, я легко сломал его и запустил внутрь ее тела щупальца эфира. Уже зная, что искать, я быстро обнаружил вживленный в районе уха маленький артефакт, что, скорей всего, являлся как передатчиком, так и силовым щитом.
Предполагаю, что одноразовым, но достаточно мощным, чтобы выдержать удар такой силы.
Посмотрев на нее, я вырвал из ее груди управляющий кристалл и отбросил ее корчащееся в муках тело в угол. Более она была мне неинтересна.
С лестницы донёсся громкий топот, и вот ко мне врываются люди в масках, сходу заливая все помещение огнем. Я буквально слышал, как от удара стихии трещали и плавились стены.
Но помимо этого слышались ещё и хлопки выстрелов и жужжание пуль, что изрешетили комнату. Единственным островком спокойствия в этом помещении был я, все так же сидящий в кресле и пьющий чай.
Минуты две бушевали стихии огня и стали, превращая все в труху. Когда пыль и дым были вынесены в разбитое окно простым заклинанием ветра, на меня уставилась пара десятков глаз. Миг, и каждый из новоприбывших оказался подвешенным за ноги под потолком.
