Она тоже смотрела на меня с непониманием, на что я только и смог выдать:
- Так что там с Пол-литрой?
Лидочка сделала глубокий вдох, отчего ее бахча всколыхнулась.
- Да не с ним… С вами что?
И была она при этом (Арбузова, не бахча) настолько жалостливой, что мне мгновенно захотелось сказать ей - я не нуждаюсь в том, чтобы меня обогрели и обобрали! Я вообще не нуждаюсь в женской солидарности! Впрочем, секретарша вдруг ошарашила меня, заявив:
- А мне ведь давно нужно было кое в чем вам признаться…
Потупив взгляд, Лидочка стала изучать свои ногти.
Не слишком длинные и нюдовые. Черт побери! Почему я вообще обращаю на это внимание? Данный факт - последнее, что вообще меня должно волновать.
- В чем? - поинтересовался я, а сам сделал шаг назад. К выходу из приемной.
- Ну… Дело в том, что Алина… Ну, Цветкова…
Она произнесла эти имя и фамилию и замолчала. Чем вызвала у меня желание взять ее за плечи и хорошенько встряхнуть. Что там с Цветочком? Неужели есть некое обстоятельство, которое я упустил из виду? Не то чтобы у меня имелись основания думать, что Алина бегает от меня, как черт от ладана, неспроста, но я уже готов был ухватиться за любое объяснение.
- Так что там с Алиной? Не томи! - рыкнул я, и Лидочка выдала скороговоркой:
- Дело в том, что она думает, будто вы до сих пор женаты!
Последние слова Арбузова пискнула и даже голову в плечи вжала. Прекрасно. Такой секретаршу я не видел ни разу в жизни.
- Я… до сих пор женат?
Эта фраза прозвучала так, словно меня только что черти загнали в преисподнюю и я пытался воззвать оттуда к ангелам из рая.
Голос был хриплым, а уж от мыслей в голове, что заплясали в мозгу, подобно танцорам Ламбады, и вовсе меня замутило.
Откуда у Цветочка эта информация? Это же ересь чистой воды! А хотя… Ладно - допустим никто не сказал ей, что я давно в разводе. Но отчего сейчас факт наличия моей несвободной жизни ее настолько ужасает? Ведь шесть лет назад она ложилась со мной в постель зная о Ренате! Или есть еще какие-то обстоятельства?
- Ну… так думает Алина, - выдохнула Лидия.
- И все? Больше она ничего не думает? - прорычал я, подаваясь к секретарше.
Ее арбузы всколыхнулись, когда она отпрянула от меня и впечаталась в стену позади себя. Посмотрела так, словно решала - признаться в том, что ее погубит, или же промолчать.
- Я думаю… думаю… что Рената Борисовна могла приврать ей, будто у вас есть дети.
Я округлил глаза и теперь смотрел на Арбузову так, словно видел впервые в жизни.
