Верена уехала, время шло, а невестка все не появлялась, и я начала волноваться. Жена Талима могла часами сидеть в своей комнате, даже в наш крошечный сад за весь день ни разу не выйти, но к завтраку всегда спускалась.
— Что-то Нэссы долго нет…
Мама которая вместе с Уной перебирала ягоды, пока я кратко пересказывала свой разговор с Вереной, тоже уже некоторое время с тревогой прислушивалась к тишине в доме.
— Спит, небось, ваша принцесса, — поджала губы служанка. — Вчера полночи капризничала, покоя мне не давала.
То попить ей принеси, то поесть, то жарко, то холодно, то постель неудобная. Вот, теперь отдыхать изволит.
Слова Уны немного успокоили, но перед работой я все же решила заглянуть к родственнице.
Поднялась по лестнице, но не успела отрыть дверь в спальню — та сама распахнулась. На пороге, тяжело опираясь на дверной косяк, стояла Нэсса. Бледная, с искусанными губами, бисеринками пота на лбу и прилипшими к коже спутанными волосами, она прижимала руку к низу живота, а под ладонью, на ночной рубашке быстро расплывалось пятно крови.
— Эли... — как-то жалобно, по-детски беспомощно произнесла невестка, увидев меня. — Эли... — и, охнув, согнулась от боли.
Кажется, я закричала, подхватила ее, а снизу к нам уже спешили мама с Уной."
"Через мгновение в доме поднялась суматоха — мама занялась Нэссой, служанка побежала за чистыми простынями и водой, а меня послали к целителю.
— Нечего тебе здесь делать, все равно ничего не умеешь, только под ногами мешаешься.
Сами разберемся, — шикнула Уна, останавливая мое суетливое кружение возле кровати, на которую уложили жену брата. — Лучше, позови лэйра Сюфрэ, без него не справимся. Попроси, чтобы шел скорее, скажи, рожает.
— Как?.. Как рожает? — ахнула я. — Он же сам говорил недавно, что ей еще недели три ходить, не меньше.
— Мало ли, что он там говорил, — хмыкнула Уна и тут же нахмурилась. — Плохо она рожает, девонька, очень плохо. Как бы беды не случилось.
Так что, поторопись. Где целитель живет, помнишь? Хорошо. Иди же, — бросила она требовательно.
Не помню, как добежала до дома Сюфрэ. Кажется, меня окликали, о чем-то спрашивали, пытались задержать, но я не останавливалась, даже не отвечала. Мысли путались, дыхание сбивалось, в голове билась неотвязная мысль:
«Рожает... Плохо... Беда... Беда...»
Как же так? Да, Нэсса тяжело переносила беременность, как и многие аристократки.
