Трону… — отдалось в голове далеким, скрежещущим эхом, и я с трудом удержалась, чтобы не подскочить на месте и не переспросить: «Что?»
— Это Мишь, — голос Хвича я узнала сразу, хоть и звучал он как-то странно, не снаружи, а словно внутри меня. — Не бойся. Не обидит.
Хм... Мне кажется, или я стала понимать горгула намного лучше? А вот Айтон с Тэйном их, похоже, и вовсе не слышат.
Фамильяры, что бы это слово ни значило, продолжали тем временем шипеть и рычать друг на друга, разыгрывая им одним понятное представление.
Хотя нет, благодарный зритель у них все же нашелся."
"— Если ты не хочешь, чтобы Элис обследовали маги, Айтон, то против суда фамильяров уж точно не станешь возражать, — заявил Ройстан, задумчиво глядя на разошедшихся монстров, которые уже вовсю размахивали крыльями, портили когтями пол и злобно сверкали глазами. — Вся десятка не может ошибаться. Она всегда беспристрастна, объективна и почувствует любую, даже тщательно спрятанную, запечатанную магию. В этом случае достаточно одного наблюдателя от алхоров, чтобы соблюсти все необходимые правила.
Что скажешь, дружище?
Суд фамильяров... Звучит непонятно, но очень угрожающе. Я бы непременно испугалась, если бы не чувствовала, как под пальцы осторожно подныривает рогатая каменная голова успокоившегося горгула, и не слышала его негромкое басовитое сопение, дарившее мне такую необходимую сейчас поддержку.
Да и со стороны дракона, как ни странно, не ощущалось ни малейшей угрозы. Как там его зовут? Мишь вроде бы, если я правильно разобрала.
.. Забавное имя. Совершенно неуместное для смертоносного крылатого змея. Хотя, откуда мне знать, что подходит, а что не подходит для этих волшебных существ и как их принято величать?
Интересно, что это за десятка, о которой упоминал Тэйн? Сборище фамильяров, таких вот горгулов, драконов и прочих сказочных тварей? И почему именно десять? Неужели всем им понадобится моя кровь? Хорошо, если капля, а вдруг намного больше. Сколько вопросов и ни одного ответа.
Но это пока.
Выдохнула, еще раз коснулась пальцами лба Хвича, чтобы набраться решимости, и подняла голову, ловя взгляд своего мужчины.
Видимо, Айтон и сам понимал, что у него нет выбора, поэтому нам с Тэйном, пусть и не сразу, но все-таки удалось его уговорить, а, может, и горгул мысленно присоединился. Я уже поняла, что фамильяры умеют общаться так, что их слышит только тот, к кому они обращаются, остальные же присутствующие ни о чем не подозревают.
