— У нас получится во второй раз? — шепотом спрашиваю я.
Он лезет в карман брюк:
— Меня так переклинило на тебе, что когда получил бумаги о разводе, то кое-что купил, — кладет сжатый кулак на стол, затем его переворачивает и раскрывает ладонь.
А на ней лежит кольцо из белого золота с внушительным сверкающим камушком.
— Я тогда подумал, а какое я бы купил тебе кольцо, если бы сделал предложение.
Я поднимаю взгляд. По спине пробегает волна мурашек.
— Если бы у нас все сложилось иначе. Если бы не был дураком, который сначала солгал тебе, а потом отпустил.
— Адам… Ты что делаешь…
— Я хочу шутить шутки про твою маму, как о своей теще, а тебя называть женой, Мила, — шепчет он. — Мы с тобой потеряли пять лет, но можем прожить еще целые десятилетия. Ответь мне, ты выйдешь за меня?
Глава 57. Я люблю тебя"
"На руках Адама я чувствую себя пушинкой. Тянусь к нему.
Останавливается у лестницы, и я его целую, обхватив его лицо ладонями.
Неужели я согласилась?
Неужели на моем пальце сейчас кольцо?
Неужели я буду женой?
Нехотя отрываюсь от губ Адама, вглядываюсь в его глаза и улыбаюсь.
Надеюсь, это не сон, после которого я проснусь с разочарованием в сердце.
Поднимается на второй этаж, твердо, но бесшумно шагает по темному коридору.
Притормаживает у двери своей спальни и тихо спрашивает:
— Теперь я должен получить согласие, что ты хочешь провести со мной ночь в одной комнате.
— Заткнись, — нетерпеливо шепчу я.
— Принимаю это, как да.
Толкает плечом дверь и заносит меня в спальню, чтобы затем мягко бросить меня на кровать.
Делает решительный шаг, расстегивая ремень, и я шепчу:
— Дверь запри.
На лице легкое недоумение, а затем тихо отвечает:
— Точно. У нас же дитё.
— Ага. Вот они прелести семейной жизни.
— Отличные прелести, — щелкает замком и опять делает шаг к кровати.
— И страсть особенная, да?
— Теперь ты заткнись.
Закусываю губы, наблюдая, как он медленно расстегивает рубашку и затем отбрасывает в сторону.
У меня перехватывает дыхание.
Большой, мускулистый, и шрам на животе подчеркивает его напряженный рельефный пресс.
Я сажусь на край кровати, касаюсь ладонями его живота и целую шрам над пупком.
Адам вздрагивает, как от ожога, а затем нетерпеливо снимает с меня футболку.
— Ты торопишься…
— Да, — хмыкает он и рывком поднимает меня за подмышки, чтобы затем повалить меня на кровать. Стягивает мои шорты вместе с трусиками. — Нам же могут помешать в любой момент.
