— Дафна, — сказала она, — у тебя есть несколько минут, чтобы поговорить со мной?
Никогда еще Дафна не видела свою мать такой смущенной, чтобы не сказать — растерянной.
— Ты здорова, мама? — спросила она с беспокойством. — Что с тобой? Какая ты бледная!"
"— Я совершенно здорова, дочь моя, — почти прежним тоном отвечала Вайолет. — Просто мне нужно… я считаю необходимым с тобой поговорить.
— Ох! — не сдержала громкого вздоха Дафна.
Она ожидала этого, но не определила до сих пор, хочется ли ей выслушивать наставления и пожелания матери по поводу предстоящей семейной жизни и связанных с этим достаточно интимных проблем.
Подруги рассказывали, что все матери накануне свадьбы дочерей непременно напутствуют их, раскрывая то, что считают секретами брака и что нужно знать девушке перед тем, как стать женщиной, — все эти такие ужасные, гадкие, но нестерпимо интересные вещи для невинных ушей. Однако выпытать какие-то определенные захватывающие дух подробности у замужних молодых женщин Дафне еще не удавалось; те загадочно улыбались и отвечали: сама скоро узнаешь.
Это «скоро» стало сейчас для нее завтрашним днем. Вернее, завтрашним вечером. Ночью…
Но отчего у матери такой вид, будто ей, а не Дафне предстоят все эти испытания?
— Может быть, ты сядешь, мама? — сказала она, указывая на место рядом с собой.
Вайолет вздрогнула, словно дочь предложила ей опуститься на раскаленную сковородку.
— Да, да, — произнесла она, — я это и хотела сделать.
Она села, сложила руки на коленях и замерла.
В этих обстоятельствах Дафна посчитала необходимым взять инициативу на себя и начать разговор, столь трудный для матери.
— Ты, наверное, хочешь поговорить со мной о свадьбе? Вайолет молча согласилась с этим предположением.
— Видимо, о первой брачной ночи? — уточнила Дафна. Мать покачала головой, но это было не отрицание, этим она давала понять, как трудно начать разговор.
— Просто не знаю, как об этом говорить, — призналась наконец она.
— Такая деликатная тема.
Будучи не в состоянии помочь, Дафна молчала. Ведь не может быть, чтобы мать не нашла подходящих слов. С ее-то опытом. Еще бы, восемь детей!
И мать заговорила:
— Видишь ли, дорогая, есть вещи, которые тебе следует знать… заранее… Я имею в виду то, что должно произойти завтра ночью… у тебя с твоим мужем… Понимаешь меня?
— Пока нет, мама, — отвечала Дафна, опуская глаза. — Но я слушаю. Говори, не прерывайся.
