Ты сделала правильный выбор, дочь моя.
Дафна не сдержала улыбки. Да, она правильно сделала, заставив его жениться. И сделает все, чтобы никто из них не пожалел о том, что случилось.
А если у них и вправду не будет детей — что ж, в конце концов, кто знает, она ведь тоже может оказаться бесплодной. Разве нет? Ей известно несколько супружеских пар, у которых никогда не было детей, и неужели это мешает им выполнять супружеские клятвы, данные при обручении? Если же говорить о ней, то в их семье столько братьев и сестер, что она будет обеспечена до конца жизни племянниками и племянницами, которых сможет вволю воспитывать, баловать и портить.
Лучше жить с любимым человеком без детей, чем иметь их от того, кого не любишь.
Последняя мысль внесла некоторое успокоение в ее мятущуюся душу.
— Почему бы тебе не поспать? — сказала Вайолет Бриджертон. — У тебя такой усталый вид, круги под глазами.
Дафна посчитала совет матери вполне своевременным и поднялась с софы. В самом деле она как-то забыла о таком способе хотя бы на время отвлечься от всяких мыслей.
Сладко зевнув, она проговорила:
— Ты совершенно права, мама. Несколько часов сна, и я буду другим человеком.
Внезапно она ощутила ужасную слабость и испугалась, что просто не сможет сама добраться до своей комнаты.
Мать почувствовала ее состояние, потому что сказала:
— Пойдем, дорогая, я провожу тебя и уложу в постель. Никто не станет тревожить тебя до следующего утра.
Дафна кивнула с полусонным видом и, с трудом ворочая языком, проговорила:
— До утра… это хорошо.
Кажется, еще никогда в жизни ей не было так тяжело подниматься по лестнице, а уж раздеваться… брр… какой невыносимый труд!
Если бы не помощь матери, она наверняка заснула бы где-нибудь по дороге к постели и, конечно, не раздеваясь.
* * *Саймон тоже чувствовал себя измученным. Не каждый день человек приговаривает сам себя к смерти. И тем более не каждый день избавляется от нее и заключает брак с женщиной, о которой думал и мечтал все последние дни. Вернее, последние две недели с лишним.
Если бы не, так сказать, вещественные подтверждения происшедшего в виде двух здоровенных синяков под глазами и кровоподтека на подбородке, все случившееся вполне могло показаться удивительным сном.
Но это была не менее удивительная явь.
Понимает ли Дафна, что она сделала? На что отважилась? Чего себя лишила? Ведь она не производит впечатления легкомысленной, бездумной девушки, склонной к дурацким фантазиям и безрассудным решениям.
