— И когда только ты это бросишь?
Вернуться за книгой в Выручай-комнату он так пока и не решился и на зельеварении соответственно не блистал (впрочем, Слизнорт, с одобрением относившийся к Джинни, шутливо объяснял это любовной горячкой). Гарри был уверен, что Снегг не теряет надежды наложить лапы на книгу Принца, а потому решил, пока Снегг остаётся настороже, держать её там, где она была.
— Когда ты меня выслушаешь, — твёрдо ответила Гермиона. — Так вот, я попыталась выяснить, кто мог бы обзавестись подобным хобби — изобретением Тёмных заклинаний…
— Да не было у него такого хобби…
— «У него»? А с чего ты взял, что это он?
— Слушай, мы это уже проходили, — рассердился Гарри.
— Принц, Гермиона, Принц!
— Правильно! — отозвалась Гермиона, на щеках которой уже запылали красные пятна. Она вытащила из кармана старенький газетный лист и хлопнула им по столу перед Гарри. — Смотри! Взгляни на фотографию!
Гарри поднял крошащийся листок и уставился на пожелтевшую от дряхлости живую фотографию, Рон тоже склонился над ней.
Фотография изображала костлявую девочку лет пятнадцати. Далеко не красавица — густые брови, длинное бледное лицо, — она выглядела одновременно и сварливой, и замкнутой. Подпись под фотографией гласила: «Эйлин Принц, капитан команды Хогвартса по игре в плюй-камни».
— И что? — спросил Гарри, просматривая сопровождавшую снимок заметку — довольно скучный отчёт о соревнованиях между школами.
— Её звали Эйлин Принц. Принц, Гарри.
Они уставились друг на друга, и Гарри наконец понял, что пытается втолковать ему Гермиона.
Его разобрал смех.
— Исключено.
— Что?
— Ты думаешь, она и была полукровкой? Да ну тебя.
— А что такого? Гарри, в волшебном мире нет настоящих принцев! Это либо прозвище, выдуманный, присвоенный кем-то титул, либо фамилия, ведь так? Нет, ты послушай. Если, скажем, отец её был волшебником по фамилии Принц, а мать происходила из маглов, то и получилось бы, что она «полукровка Принц»!
— Да, Гермиона, весьма изобретательно…
— Но ведь сходится! Может, она гордилась тем, что её можно называть «полу-Принцем»!
— Послушай, Гермиона, я знаю, что это была не девочка.
Просто знаю!
— Ты просто считаешь, что у девочки не хватило бы на всё это ума, — сердито заявила Гермиона.
Гарри почувствовал себя уязвлённым:"
"— Интересно, как бы я мог, проведя с тобой рядом пять лет, считать, что у девочек не хватает ума хоть на что-то? Я говорю о его слоге. И просто-напросто знаю, Принц был мужчиной, я чувствую это.
