Что Гарри ему ни говорил, толку не было. За обедом Гарри продолжал всеми средствами внедрять в Рона уверенность, но Рон ничего не воспринимал. Ему было не до того — он дулся и рявкал на Гермиону. Вечером в гостиной Гарри возобновил свои попытки, но его заверения, якобы вся команда будет в страшном горе, если Рон их покинет, звучали несколько слабовато, учитывая, что вся команда сидела тут же в уголке, явно обсуждая Рона и бросая на него враждебные взгляды. Под конец Гарри опять позволил себе раскричаться в надежде вызвать у Рона хоть какой-то отклик и, может быть, разбудить в нём спортивную злость, но этот метод тоже не подействовал; Рон поплёлся в спальню всё такой же унылый и обречённый.
Гарри снова долго лежал без сна в темноте. Ему очень не хотелось проиграть предстоящий матч. Это был его первый матч в должности капитана команды, а кроме того, он твёрдо решил побить Драко Малфоя в квиддич, раз уж не получается доказать свои подозрения против него. Но если Рон будет играть, как на последних тренировках, шансов на победу у них совсем мало…
Если бы можно было хоть как-нибудь добиться, чтобы Рон взял себя в руки… Чтобы он сыграл в полную силу своих возможностей… Хоть что-нибудь, чтобы ему выпал по-настоящему удачный день…
И тут Гарри осенило.
Ответ пришёл к нему в блеске внезапного озарения.
Завтрак на следующее утро, как всегда в день матча, проходил бурно. Как только кто-нибудь из гриффиндорской команды появлялся в Большом зале, слизеринцы начинали громко свистеть и улюлюкать.
Гарри бросил взгляд на потолок и увидел ясное голубое небо — хороший знак.
Гриффиндорцы в красном с золотом встретили Гарри и Рона дружными приветственными криками. Гарри, улыбнувшись до ушей, помахал рукой. Рон через силу скривил лицо и покачал головой.
— Держись, Рон! — крикнула ему Лаванда. — Я знаю, ты сыграешь блестяще!
Рон не реагировал.
— Чаю? — предложил ему Гарри. — Кофе? Тыквенного сока?
— Всё равно, — угрюмо ответил Рон и хмуро надкусил гренок.
Через несколько минут Гермиона остановилась возле них по дороге к своему месту — она так устала от постоянного хамства Рона, что завела привычку завтракать отдельно.
— Как настроение, мальчики? — осторожно поинтересовалась она, глядя Рону в затылок.
— Отличное, — сказал Гарри, пододвигая Рону стакан тыквенного сока. — Держи, Рон. Выпей.
Рон поднял стакан к губам, но тут вдруг Гермиона резко сказала:
— Рон, не пей!
Гарри и Рон оглянулись на неё.
— С чего это? — спросил Рон.
