Может, я еще сплю, а? Кошмары, бывает, и ведьмам снятся. Даже эротические.
— Ты ведь не меньше меня хочешь этого, верно? — прежним чарующе-мягким тоном продолжил он. Я чувствовала его дыхание на своих волосах, слышала, как рвано и часто бьется мое собственное сердце, и ничего не могла поделать! Ровным счетом ничего!
Хотелось оттолкнуть его и послать к эльфам в лес по грибы, но мышцы превратились в сплошной кисель, а мысли все увереннее возвращались к Тиа.
— Не хочу, — из чистого упрямства хриплым шепотом откликнулась я.
Голос, как и все остальное, отказывался слушаться, выдавая звуки, больше похожие на карканье вороны по зиме. Кто там мне говорил, что фею любви невозможно приворожить магией?! Вот увижу любимого дядюшку и с радостью пообщаюсь с ним на эту тему! А то задурил глупой племяннице голову, а мне теперь страдай тут…
— Хочешь. И мы оба об этом знаем. Ты ведь и в институт пришла исключительно в отместку своей ба и мне… Тебе не были нужны ни диплом, ни последующее распределение… Признай это.
Я едва успела прикусить язык. Мне хотелось с ним согласиться. Очень. Но пресловутая демоническая гордость, взращенная Марьясой Лиршей во мне едва ли не раньше всего остального, все еще держала мое сознание на плаву. А еще я поняла, что это не приворот… Альвийский дар оказался куда многограннее и сложнее, чем мы все считали… Истина — вот в чем его сила. Причем не та, которую слышат нимфы-законницы, а настоящая, живая, присутствующая в каждой душе, та самая, которая прячется на самом дне наших сущностей, которую мы всячески прикрываем, создавая различные маски и личины…
И вот теперь мне стало по-настоящему страшно.
Даже законницам можно соврать, можно обмануть их, если искренне поверить в свою ложь… Альвам — нет. Они видят сквозь все личины, даже сквозь те, которых ты сам не замечаешь…
— Ты ведь не станешь спорить, что хочешь быть со мной. Я сам это слышал от тебя неоднократно, а потому не дури. Не отказывайся от своих желаний только из-за того, что сейчас тебя злит мое решение.
— Все те же почти мурлыкающие нотки. Я и стою теперь с трудом, сознание полностью потонуло в мягких волнах чужого голоса. Не воля начальства и не приворот, а нечто куда более страшное — шепот собственных чувств… И если часто себе отказать бывает хоть и сложно, но возможно, то тут… нереально. Это выше сил любого разумного существа… — Крис, ты же выйдешь за меня замуж, так?
— Да… — И будь оно все проклято! Но ты еще пожалеешь об этом, любимый.
