И сейчас я как никогда желала справедливости. Не можете защитить — это ваша вина. А запирать малыша даже ради его спасения — это не выход.
— Зачем вам это? — спросил хозяин дома.
Спросил как-то без интереса, даже равнодушно, и это равнодушие — к Логану? ко мне? — обидело меня.
— Вы так добры или хотите быть доброй? — продолжал де Синд. — Или вы совершили какой-то грех и теперь пытаетесь его замолить? Так для этого лучше вернуться в монастырь.
У меня запылали уши, потому что слушать подобное было почти оскорбительно.
И ещё… он почти угадал. Но я не собиралась отступать и каяться пока тоже не собиралась.
— Просто я очень хорошо понимаю Логана, — сказала я твердо. — Мне известно, что это такое — сидеть в клетке. И если я могу помочь, то я не буду стоять в стороне.
Когда я упомянула про клетку, де Синд как-то странно взглянул на меня — быстро, подозрительно, но тут же отвернулся и шумно вздохнул, словно принимая нелегкое решение.
— Разрешите Логану общаться хотя бы со мной, — повторила я уже мягче.
— Обещаю, что ничто и никто не нарушит вашего спокойствия.
— Решили меня упрекнуть? — он еле заметно усмехнулся. — Хорошо, получайте Логана в своё распоряжение. Надеюсь на ваше… благоразумие.
Он сделал паузу, будто сомневался, что благоразумие, как таковое, у меня присутствует.
Но пусть думает обо мне что хочет, если теперь Логан свободен. Хотя бы и под моим надзором.
— Спасибо, вы очень добры, — выпалила я, и почти бегом бросилась вон из кабинета.
На чердак я взлетела, как на крыльях и открыла двери, зовя Логана. Он опять сидел на постели, понурившись и уронив на колени руки. Он снял куртку, но так и оставался в шапке и рукавицах.
— Логан, — я подошла к нему и села на корточки, стаскивая промокшие насквозь рукавицы, — не обращай внимания на тех мальчишек. На свете много глупых и жестоких детей. В следующий раз, когда они нападут, мы с тобой будем готовы. И забросаем их снежками в ответ.
Теперь я буду с тобой, ты, главное, не бойся.
— Я и не боюсь, — ответил он, чуть шевельнув губами.
— Вот и хорошо, — сказала я весело, хотя чуть не плакала от жалости. — А теперь мы с тобой пойдём в кухню…
Он посмотрел на меня удивленно и с опаской, но я сняла с него шапку и важно сказала:
— Да-да, пойдем в кухню. И будем стряпать вкусный миндальный пирог. Понадобится много миндального молока, а выжимки — так и быть — достанутся тебе.
![Обложка книги Моё шустрое рыжее счастье [СИ]](/uploads/posts/images/7/moio-shustroe-ryzhee-schaste-si.jpg)
