— Что я слышу? — он помедлил, прежде чем заговорить, и приподнялся на локте, глядя на меня снизу вверх, из-под упавшей на глаза пряди. — Похитили? Вас?
— Не заставляйте меня вспоминать об этом, — сказала я тихо и твердо. — Это не самые приятные моменты моей жизни.
— Говорите так, будто в вашей жизни были ещё более неприятные моменты, — заметил он. — Не хотите стать чуточку откровеннее?
Только тут я обратила внимание, что он опять обращается ко мне на «вы», и снова не поняла, что это — знак уважения, или знак того, что мы снова отдалились друг от друга.
— Не думаю, что в этом есть необходимость, — уклонилась я от ответа. — Но думаю, что мне лучше всего уехать прямо завтра…
Я сказала так и вдруг поняла, что никуда не хочу уезжать.
Не хочу покидать этот странный, мрачноватый, но такой уютный дом. Чужой, но ставший мне почти родным. Почти…
— Куда вы поедете?
— Понятия не имею, куда ехать, — призналась я. — Может, вы что-то посоветуете?
— Вы ведь ждёте весны? Чтобы куда-то уплыть? Куда, Элизабет?
Теперь с ответом помедлила я, но потом призналась:
— Домой, господин Тодеу.
Я хочу вернуться домой.
— И где же ваш дом?
— В Оливейра-ду-Байру, — сказала я чистую правду, потому что посчитала, что открытие этой тайны мне ничем не повредит. И господину Тодеу и его семье не повредит тоже. — Там живут моя мать и три младших брата.
— Они вас ждут?
— Надеюсь, что да, — ответила я и не смогла сдержать улыбки.
— Не так выразился, — тут же сказал господин Тодеу. — Они знают, где вы?
— Нет, не знают. Я скрывала это от них.
— Совсем ничего не врубаюсь… то есть не понимаю, — он нахмурился. — У вас была возможность дать весточку родным, но вы намеренно этого не сделали? Вы чего-то стыдились? — он взглянул на меня пристально, пытливо.
— Вряд ли можно гордиться тем, что тебя продали, как красивую бессловесную вещь, или… — но тут я замолчала, решив, что сказала и так слишком много.
Но для господина Тодеу этого оказалось слишком мало.
— Или?.. — подхватил он, и его рука накрыла мою руку — легко, осторожно, подбадривая и предлагая открыться до конца.
— Ну же, договаривайте, прошу вас.
Несколько долгих и мучительных секунд я боролась с искушением довериться этому человеку целиком и полностью. Рассказать всё, что случилось со мной, попросить защиты, помощи, чтобы он решил все мои жизненные проблемы, защитил и уберёг, как… как птичку в клетке."
"От этого сравнения всё во мне взбунтовалось. Нет, так нельзя. Однажды я уже доверилась, позволила посадить себя в клетку.
![Обложка книги Моё шустрое рыжее счастье [СИ]](/uploads/posts/images/7/moio-shustroe-ryzhee-schaste-si.jpg)
