Между нами появилось неясное гнетущее напряжение, и с каждой минутой оно росло.
– Через два квартала будет «временная» остановка, – наконец пробурчал Эмес. – Там пересядем на дилижанс.
– А на двуколке нельзя доехать? – ухватилась за эту возможность поговорить.
Все лучше тяжелого молчания."
"– Это городской транспорт, Алевтина. А нам нужно чуть дальше городских стен. В академию принято добираться именно на «временных» дилижансах и дирижаблях. Считай это традицией.
Он замолчал и уставился перед собой, и у меня больше не нашлось вопросов.
Двуколка, как нарочно, медленно катилась вперед.
Я с восторгом рассматривала двухэтажные деревянные дома с резными ставнями, низкие заборчики, за которыми красовались клумбы. Дорогу нам перебежала большая лохматая собака с внушительной костью в зубах. За ней гнался грузный мясник в перепачканном некогда белом фартуке, выглядывающем из-под пуза. Проворный пес, обнаружив погоню, не теряя добычи, ловко пролез в щель между домами и был таков. Толстяку ничего не оставалось, как развести руками и поругать весь собачий род до энного поколения.
Это был привычный мне мир и чуждый одновременно. Но он мне нравился своим особым колоритом и размеренностью. Красотой и простотой.
– Прибыли! – прокричал извозчик и остановил двуколку.
Эмес поспешил наружу, выдохнув с облегчением. Это странно задело. Неужели я настолько в тягость, что ему неприятно рядом со мной сидеть? Вообще не понимала, как расценивать его поведение.
– Алевтина, не зевай!
Моргнув, сообразила, что он стоит у повозки и, протянув мне руку, терпеливо ждет, пока соизволю подняться.
– Иду, – пробормотала и соскочила с места.
Неловко вышло.
Взяв меня и мой чемодан под ручки, ведун потащил нас вперед.
У дороги толпился народ. Среди ожидающих дилижанс в основном были семьи – родители и их повзрослевшие дети, правда, явно младше меня: семнадцати-восемнадцати лет.
– Мне кажется, я здесь не по возрасту, – тихо поделилась своим наблюдением.
– Да, немного старше остальных, но это неважно. Четких возрастных ограничений для поступающих нет, – прошептал Эмес.
И снова это напряжение. Вроде бы и поговорить хотелось, а ни один вопрос на ум не приходил.
Как-то на меня не похоже, я еще никогда не робела перед мужчиной. Аж стыдно за себя. Я начинала злиться. Да что ж такое! Несколько дней назад я спокойно ему хамила, а теперь как подменили.
– Все в порядке, Алевтина? Ты тяжело дышишь.
– Думаю, – брякнула первое, что на ум пришло.
– О чем? – Кажется, мой ответ его удивил.
