– А ты сейчас куда?
Округу огласил бой колоколов.
– На отработку к Эмесу. И уже опаздываю!
Потеряла прорву времени! В спешке схватила блокнот и ручку и метнулась к двери, но в последний момент обернулась.
Наг, сидя на кровати, задумчиво чесал затылок.
– А я говорила, не дури девушкам голову! – рявкнула.
Ответом мне был жалобный взгляд, но меня не проняло.
Распахнув дверь, помчалась на дополнительные занятия.
* * *Спускаясь в мужскую башню на нижние этажи, все не могла успокоиться. Задурил девушке голову и даже не понял этого! Надо крепко взяться за змеюку, пока за его спиной кладбище разбитых сердец не организовалось.
Не целовал он! Наобещал с три короба, а девочка ждала все эти месяцы! Ничего, я сделаю из него приличного нага!
Мои громкие шаги сердитым эхом разносились по пустым коридорам. Ближе к закату все предпочитали сидеть по комнатам и готовиться к практическим занятиям. Академия замирала.
Преодолев последний пролет, неожиданно для себя услышала голоса и быстро спряталась за широкой колонной.
Я знала тех, кто говорил: мерзкая Портовски и Эмес!
Они стояли у двери в его комнату. Рука мымры лежала на груди ведуна, сама она с томлением заглядывала ему в лицо. С таким вниманием ловила каждое слово, что меня чуть не стошнило.
Да от нее фальшью несет, как от меня этим любовным сбором! Неужели он не видит?!
– Элоиза, ты ведь знаешь, сегодня я не могу поехать в город… – В голосе мужчины ленивая скука."
"– Потому что к тебе придет эта дешевка? – Услышав такое, я невольно сложила руки на груди.
– Ты не поедешь со мной ужинать из-за этой пустышки, что пыжится стать чем-то большим, чем грязь под ногами магов?!
У меня едва ли не пар из носа пошел. Вот с… собака женского пола! Крыса!
– Аккуратнее со словами, Элоиза! – процедил Эмес.
– А что, я не права? – не унималась стерва. – Ну скажи честно, признайся, тебя твоя бабушка заставляет с ней возиться? И ты не можешь ей отказать. Других вариантов я не вижу. Нельзя так, Эмес, ты не должен жертвовать нами.
Жертвовать своей свободой. Прогони эту дешевку и пойдем со мной в таверну. Там сегодня представление…
– Элоиза, ты перешла грань, – рявкнул ведун. – Алевтину не тронь ни делом, ни словом. Она только моя забота. Жертвовать я ничем не намерен, и не смей мне диктовать, что делать! Не лезь в мою семью. Даже речь не заводи о дорогих мне людях. Тебя они не касаются!
«Вот, и нечего меня на языке своем поганом крутить.
