И если рыжеволосая ведьма, супруга брата Вегарта, опасений не вызывала, то вот фера… А ещё вторая… Светловолосая пристально рассматривала меня, как будто обмеривала… Как её назвали.
""Кнесе"" — всплыло в памяти имя.
Приподняв бровь, я, наконец, сообразила, что это и есть та самая любимая сестренка моего мужа. А рядом выходит…
— Густов, — будто прочитав мои мысли, представился рослый перевертыш. — Шурин Вегарта. И я очень рад, что мы успели на эту свадьбу. И ещё больше рад, что этот непрошибаемый балбес в такой глуши вам хотя бы нашел красивое платье.
— Да, на мою свадьбу он привез два одинаковых наряда, — засмеялась Розанна. — Мне и Кнесе.
— Я ему его тогда чуть узелком на горле не завязала, — закивала блондинка.
— А я выкинула в окно!
— Расточительно, — хмыкнул Руни. — Это платье — подарок наших деревенских женщин.
— А-а-а, — Кнесе развела руками, — я же говорила, нужно было раньше выезжать. А что на невесте в такой важный для нее день ещё и драгоценности должны сверкать, он тоже не подумал? Его ничего не исправит.
Как-то смутившись, я прикрыла голую шею рукой и взглянула на брата. Он пожал плечами, будто всё это были такие глупости.
— У нас здесь только рябиновые бусы среди баб водятся, — проворчал он и, взглянув на феру Рьяну, вредно изогнул губы и добавил: — В ночь, когда нарадость Бирна были доставлены ваши подарки в виде тел ханыма и выродка Гасми, нам как-то не до украшений было. Шкуры свои спасали спешно. Там хватали хлеб да одеяла наперегонки.
Она замерла на несколько мгновений и кивнула, соглашаясь с ним.
— Это мне в ответ на щенка? Хорошо, ты с зубами, я запомнила.
— Он с зубами, а я с подарком, — Густов осторожно подобрался ко мне, при этом он поглядывал на недовольного Вегарта, которому что-то тихо объяснял Дьярви.
Император Айдан уже нависал над Льюисом и, кажется, искал себе место там. Рядом с моей дочерью. Что совсем уже не радовало.
— Прежде чем откажетесь, фера Гресвиль, хотя бы посмотрите. — Он полез в карман и достал простой холщовый мешочек. Я сейчас пытаюсь отгрызть себе землю севернее вечнотуманного леса.
Там племена медведей. Бурых и черных. Хочу их объединить и править. Так вот, у них шахты, в которых камешки добывают. Такие прозрачные, всё забываю название, — он развязал мешочек и вытряхнул на свою огромную ладонь серебряное украшение — цепочку, к которой аккуратно были прикреплены красиво ограненные камни.
— Это топазы, — пришла на выручку мужу Кнесе. — Вы мне теперь сестрою будете, так что примите от нас.
