Да и те он специально вываливал на пол, чтобы посмотреть, как ребята унижаются ради выживания.
Вот и сейчас Тимур избавился от последней угрозы и навис над кастрюлей, зачерпнув кашу пятернёй. Избитые и униженные обступили победителя и глотали слюни, боясь подойти. Ощутив, что за их спинами резко похолодало, мои названные родственники разошлись в стороны, пропуская меня.
— А тебе не говолили, фто девофек нельзя обизать? — спросил я Тимура, улыбнувшись.
— Фубы фыбью, — прочавкал жиртрест, сверля меня недобрым взглядом и уминая кашу.
— Сейфас я охлазу твой пыл, — усмехнулся я и рванул к Тимуру.
Тактику боя этого наглеца я изучил основательно. Первое, что он делал, это останавливал противника, уперев руку либо в лоб, либо в грудь. А после — бил массивной рукой куда попало. Эта тактика работала, как часы. Вот только сегодня она дала сбой.
Массивная пятерня толкнула меня в грудь, но я не отлетел назад, а заставил мальчишку орать от боли. Тимур в ужасе уставился на меня и стал дёргаться, как припадочный.
Его рука стремительно покрывалась инеем.
— Месть подают холодной, — усмехнулся я, увидев страх в глазах толстяка.
Глава 6
Вынужден признать, я слегка перестарался. Ну, как «слегка»? Очень сильно перестарался. От меня хлынула такая волна холода, что всё в радиусе пяти метров покрылось инеем. Тимур истошно визжал, пытаясь вырваться, а дети за моей спиной попятились назад.
И вроде бы я быстро отменил заклинание, но Тимур и ещё пара человек успели получить обморожение. В прошлой жизни у меня был друг Форос «Случайный», и у него была присказка «Ой, нехорошо получилось…».
К примеру, именно так он и сказал, когда напортачил с рунами, создавая стационарный источник маны, и «случайно» стёр с лица земли целое королевство. Так вот, и я сейчас скажу тоже самое.
— Ой, нехаласо полусилось.
Обернувшись, я увидел перепуганных детей, прижавшихся к стене. Они смотрели на меня также, как курица смотрит на лисицу, ворвавшуюся в курятник. Для них я абсолютный хищник, которому невозможно противостоять.
А ведь я всего-навсего освоил азы ледяной магии и решил немного попрактиковаться.
— Михаил! Прекрати! — заорал ворвавшийся в игровую воспитатель и схватил меня за руку.
Придурок. Я вешу чуть больше котёнка. А меня вздёрнул в воздух здоровенный стадвадцатикилограммовый кабан. Разумеется я, ухваченный за запястье, повис безвольной тряпкой, чуть мотаясь из стороны в сторону. Рука при этом едва не вывернулась из плеча, причиняя острую боль.
