Кот вышел холёный, пушистый, размером с небольшую собаку. Осмотревшись по сторонам, он соскочил с порога и шмыгнул в открытую калитку.
— Викторыч, это последний, — сказал гвардеец, забросив в грузовик чёрный мешок.
— Сука, сколько ж ребята полегло… — с горечью сказал тот, кого назвали Викторычем. — И что-то мне подсказывает, что это не последнее нападение.
— С чего взял? — спросил гвардеец, закурив.
— А с того, что мы убили только двоих. Ещё восемь ушли, а сколько их всего было?
— Да хрен его знает, — почесал затылок боец.
— Вот об чём и речь! Если десять рыл такой шорох навели, то представь, что будет, если они вернутся, взяв с собой подкрепление? — спросил Викторыч и поправил фуражку.
— Лясы точите? Заняться больше нечем? — сурово спросил подошедший офицер.
— Никак нет, ваше вашество, — вытянулись по струнке гвардейцы.
— Тогда пасти захлопните и везите ребят в морг. После опознания нужно будет их родным сообщить о гибели. Эх… Не люблю я такие вести приносить, — с горечью закончил офицер, с досады ударил кулаком в борт грузовика и ушел.
— Отправляемся или чё? — спросил водитель, вывалившись из кабины на половину.
— Ага, пару минут и отправляемся, — ответил Викторыч.
— Так нам же сказали…
— Да расслабься ты. Мёртвым уже всё равно, приедешь ты на пару минут раньше или позже. Покури спокойно, и поедем, — устало вздохнул Викторыч… и тут услышал какой то шорох в кузове. — Слыхал?
— Не, а что там?
— Да кто ж знает. Может, раненого по ошибке в мешок запихнули? Лезь посмотри, а я папироску твою подержу.
— А почему я? — удивился боец.
— Да потому, что ты самый младший. Хех, — усмехнулся Викторыч и вырвал из рук парня сигарету.
— Чёртова дедовщина."
"— Ага, она самая. — Викторыч затянулся и облокотился на борт грузовика.
Гвардеец, лишившись сигареты, ловко запрыгнул в кузов и прислушался. Действительно, что-то шелестит, а ещё есть звук рвущегося целлофана.
— Странно всё это, — насторожился он и полез вглубь кузова, стараясь не наступать на трупы.
Он сделал всего пару шагов, а звук усилился и вдобавок раздалось какое-то чавканье. Тут уж совсем стало не до смеху. — Кто здесь⁈ — выкрикнул гвардеец, положив подрагивающую ладонь на пистолетную рукоять.
— Никаво, — протянул чёрный, как сажа, кот. В пасти кошак держал окровавленный палец.
— А-а-а! Говорящий кот! — от неожиданности завопил гвардеец, оступился и рухнул на спину.
— Ты совсем дурак, что ли? Какой ещё кот? — послышался голос Викторыча.
