Копейщик всеми силами пытался удержать древко, рыча от натуги, но тварь резко дёрнулась в сторону и отправила парня в полёт.
В следующую секунду плоскомордое существо выдернуло копьё и ловко перебросило его в свободную руку. Увидев это, топорщик завизжал, срывая глотку:
— Какого чёрта⁈ Она может пользоваться ору… — договорить он не успел, тварь размахнулась и швырнула копьё.
Парень бы определённо получил увечья или помер, если бы в бой не вступил я. Сократив дистанцию, я первым делом нанёс удар по шишке плохо сросшейся кости на ноге.
Удар пришелся как раз в тот момент, когда тварь швыряла копьё — и только по этой причине она промахнулась. Сил мне хватило лишь рассечь кожу, а вот сломать кость или отрубить ногу — не удалось.
— Хрархр! — завопило существо и ударило наотмашь, пытаясь меня достать.
Со стороны казалось, что сумасшедшие ублюдки выставили против детей непосильных противников, и отчасти так и было. Но имелся один чертовски важный нюанс. Твари были истощены, из-за чего двигались довольно медленно.
Я пропустил лапу зверя над головой и со всего размаха нанёс удар в подмышечную впадину. Хвала богам, моего роста хватило, чтобы достать.
Клинок с чавканьем вошел на половину лезвия, пустив синеватую кровь. И тут случилось самое «приятное». Отскочить я не успел. Рыбина ухватила меня за горло второй рукой и вздёрнула над землёй. Её голубые, как лёд, глаза хищно уставились на меня, а в следующее мгновение открылась клыкастая пасть.
— Лыбу нужно делжать в холоде, — прохрипел я и потянулся к мане.
Белёсая полоса инея метнулась от лапы существа к его плечу, а от плеча сразу к голове, так как шеи там просто не было. Пасть приблизилась к моей шее, обдав смрадным дыханием. Зубы остановились в сантиметре от моей шеи. Рыбьи глаза, как заведённые, бегали туда-сюда, не понимая, почему она всё ещё не чувствует вкуса крови.
Размахнувшись, я нанёс один удар в предплечье твари, потом ещё и ещё. Рука существа хрустнула, и я полетел на землю. Падая, я заметил, как лёд полностью сковал череп твари, лишив её жизни.
"
"— А-а-а! Сдохни, мразота! — заорал парень с топором и, подбежав, начал кромсать чудовище.
Куски замороженного мяса летели во все стороны, а я лежал и чувствовал, как меня начинает подташнивать. Увы, дыхание такой пакостью на голодный желудок переносилось очень плохо. Хотя, будь желудок полным, я бы уже оставил завтрак на песке. Послышался щелчок, дверь клетки открылась и внутрь вошел Трифонович.
