Получаю ежедневные доклады о его прогрессе. Проклятье, да он в первый день подрался в игровой! — восторженно воскликнул барон, потрясая в воздухе сжатыми кулаками.
— Не понимаю, чему ты радуешься.
— Радуюсь я тому, что парню чуть больше года, а он за раз одолел двадцать мальчишек, которые были старше его на четыре года! Годовасик отлупил пятилеток! Ты это себе можешь представить? А-а-а! Да чего тут представлять? Сейчас! — Барон махнул рукой дворецкому и тот быстро подбежал, передав хозяину смартфон. Константин Игоревич запустил видео и протянул его матери.
— Любуйся. Он новая надежда и опора рода Архаровых.
Маргарита Львовна нахмурилась и осмотрела Константина Игоревича с ног до головы, пытаясь понять её ли это сын? А про себя подумала «если он не разочаруется, то я, пожалуй, встречусь с этой надеждой и опорой».
* * *После тренировок нам показали фильм, в котором рассказывалось о землях, которыми владеет папенька, и отправили ужинать. Ребята, в надежде поживиться с барского стола, ломанулись в столовую, но Артём из-за порки пропустил тренировки и уже был там.
Стоял, сложив руки на груди, и надменно смотрел на входящих.
Прохоров выглядел паршиво, но хорохорился, как будто уже все последствия зажили. Вот только его подельников не было видно. Скорее всего, отлёживаются в лазарете. В замершей у входа толпе я увидел десяток лиц, на которых ясно читался вопрос «Может, напасть на него сейчас? Другого шанса может и не представиться…». Это заметил и Прохоров. Добавив в голос стали, он заорал.
— Только попробуйте хотя бы ещё раз подойти к моему столу! Я вам глаза выжгу! — Артём поднял левую руку вверх, и она тускло засветилась оранжевым.
"
"Позорище. Едва освоил покров пламени, а уже так хорохорится? А, нет. Гляди-ка, сработало. Мальчишки расстроенно отвели глаза и пошли жевать помои. Идиоты. Да, даже слабый покров может оставить ожог. Но вас же четыре сотни! Закидайте его лавками в конце концов, если боитесь биться в рукопашную. А я только решил что мораль воспитанников пошла вверх. Ладно, придётся стать для них путеводной звездой.
Пробившись через толпу, я направился прямиком к столу. Артём, рыча, воззрился на меня, а когда я подошел совсем близко, он процедил сквозь зубы.
— Вали отсюда, пока я…
Тяжело вздохнув, я набросил на себя морозный покров и, проигнорировав придурка, начал есть.
— Совсем страх потерял? Сопляк, — прошипел он. Да я тебя прикончу.
— Ага, пликонфиф, — чавкая, сказал я. — Обявательно пликонфиф. — Я сглотнул и посмотрел ему в глаза.
