Я звоню знакомому врачу, сообщаю, что нам нужно пройти немедленное обследование. Она, благо, соглашается, но заранее предупреждает, что времени у нее не так много. Ладно, нам нужно всего лишь минут десять. Срок еще маленький.
Выходим из больницы довольные. Пятая неделя беременности, все у Дилары и малыша замечательно. Подруга крепко сжимает в руке снимок УЗИ. Весь путь в компанию пялится на него, то улыбается мечтательно, то слезы льет.
Как же понимаю, что она сейчас испытывает.
Господи, почему все мужики такие козлы? Эмиль, например, знал, что я беременна.
Но ни разу эту тему не затронул после возвращения, вплоть до позавчерашнего вечера. И то Глеб его обманул, что я потеряла ребенка. Точнее, он все сказал верно, но и именно о том, что это был один из малышей и что второй жив и здоров, промолчал.
— Это разве не Глеб? — спрашивает Дилара, шмыгая носом. — Смотри, в машину садится, — тычет пальцем в сторону красной тачки, где он показывается не один, а со своей бывшей, с которой за последние восемь лет успели раз двадцать поссориться, послать друг друга в пешее эротическое.
И вот, вновь помирились.
Чего только между ними не происходило. Салтыков всегда бежал к ней, будучи со мной в браке. Ну, естественно, ему же баба была нужна. Я его близко никогда не подпускала. Он мужчина, в конце концов. Пусть и долбанутый на всю голову. У них будто какая-то больная любовь.
— Угу. Снова вернулся к Наташеньке? — из горла вырывается истерический смех. — Теперь уж точно он на ней женится, если, конечно, за решетку Эмиль его не отправит.
Хотя... Я уже ничего хорошего от Бестужева не жду. Ему плевать на прошлое. Интересно, что они тут делают? В компании Эмиля...
— Может, уговаривают твоего, чтобы он их к себе взял?"
"— Да ну, — смеюсь я, заезжая на парковку, ищу свободное место. — Нет, это невозможно. В таком случае мне придется приобрести оружие и расстрелять Эмиля. Вместе с его новыми сотрудниками. Я не хочу возвращаться в прошлое. Меня вполне устраивает настоящее. Еле избавилась от Салтыкова.
— Как думаешь, если попрошу у Эмиля дать мне всего лишь один день на отдых...
— Разрешит, — уверенно киваю, перебивая подругу. — Тебе голову проветрить надо и успокоиться. Точнее, смириться. Я же ведь даже не заговаривала про аборт, как ты заметила. Потому что я более чем уверена: ты его не сделаешь, несмотря на то, что отец малыша женат. Чую я пятой точкой — Камиль тебя не оставит. Что-то там нечисто. Он не просто так хотел с тобой поговорить...
